воскресенье, 22.10.2017
Расписание:
RSS LIVE КОНТАКТЫ
Командный чемпионат Европы27.10
London Chess Classic01.12

Учимся вместе

Юрий РАЗУВАЕВ,
гроссмейстер

Андрей СЕЛИВАНОВ,
почетный президент РШФ

КАК НАУЧИТЬ УЧИТЬСЯ

Мы уже рассказывали читателям ChessPro об общественной организации «Шахматные надежды России» и ее школе для одаренных юниоров. Тема новой беседы со старшим тренером школы гроссмейстером Юрием Разуваевым: как работать над шахматами, чтобы достичь максимально высоких результатов.

– Мне на всю жизнь запомнилась первая фраза Ботвинника, которой он приветствовал нас, юных учеников его знаменитой школы. Михаил Моисеевич сказал: «Ребята, запомните: научить играть в шахматы нельзя. Шахматам можно только научиться!» Блестящая фраза! Тренер не должен натаскивать учеников, заставлять их что-то запоминать, «зубрить» и т.п. Он учит другому: как работать над шахматами, правильно воспринимать информацию. Очень важно, чтобы знания становились универсальными, в памяти хранились методы, планы, а не какие-то отдельные ходы. В этом и заключается искусство тренера.

Философия школы «Шахматные надежды России» иная, нежели у школы, созданной при РШФ, которую курирует Евгений Бареев. Там задача – найти самых способных детей и воспитать смену нынешним лидерам. Мы же просто стараемся помочь лучшим ребятам с периферии, которые не являются сейчас первыми номерами в своих возрастных категориях, но это обстоятельство не должно лишать их права на квалифицированную помощь. В советские времена существовало множество школ, ведь одна, пусть даже очень хорошая, не в состоянии решить проблему подготовки юных спортсменов. Кроме того, мы приглашаем на наши занятия тренеров ребят, чтобы они также участвовали в нашей работе. Мне в жизни повезло: я работал 5 лет ассистентом у Ботвинника, вел школу со Смысловым и Полугаевским, хорошо знаю их методы преподавания шахмат. Очень хочется накопленный опыт передать не только ребятам, но и тренерам.

В советские времена структура шахматной жизни была очень емкой. Шахматами занималось много организаций – как спортивных, так и общественных. Сейчас все заботы легли на РШФ, никто больше шахматами не занимается. Поэтому очень важно создавать общественные организации, которые могли бы взять на себя часть проблем. «Надежды России» именно для этого и созданы.

Меня как профессионала волнует не только ситуация с обучением шахматам детей, но и проблема тренерских кадров. Хотелось бы поподробнее обсудить эту тему, которую обычно обходят молчанием.

– После распада Союза многие талантливые тренеры уехали на заработки за рубеж, другие вообще оставили шахматы…

– Я проработал 13 лет председателем Тренерского совета шахматной федерации России. Хорошо помню, как однажды – дело было в конце восьмидесятых – мне сообщили, что тренеры Воронежской шахматной школы во главе с Михаилом Кисловым чуть ли не в полном составе уехали за рубеж. А ведь это была очень хорошая школа! Да что говорить, очень много специалистов уехало, кто-то ушел из шахмат. Мне кажется, только в последние годы положение с оплатой тренерского труда как-то выправилось, а 5-10 лет назад оно было просто катастрофическим, само существование профессии было поставлено под угрозу.

В советские годы я несколько лет преподавал в московском институте физкультуры, регулярно участвовал в тренерских конференциях, поэтому хорошо знал тренерский состав, его уровень. Раньше регулярно проводились семинары, функционировала Высшая школа тренеров при ГЦОЛИФКе, шахматы были в этом плане хорошо организованы. Потом много лет никакие семинары, конференции не проводились, а в 2003 году меня снова попросили выступить перед тренерами – во время детских чемпионатов в Дагомысе. И меня поразило, насколько изменился состав и, главное, уровень детских наставников…

Сейчас, помимо прочего, страшно упал уровень специальной литературы. Откуда ее брать, по каким книгам учиться? Все это произошло как-то разом, и это проблема очень острая, по-моему, решающая. Можно открыть какие угодно школы, но пока на местах уровень не поднимется, неоткуда будет брать «материал» для этих школ. Дети в глубинке по-прежнему талантливы, но их уровень подготовки значительно ниже, чем раньше. Поэтому, когда они приезжают на школы, опытным гроссмейстерам приходится выполнять ту работу, которую должны были проделать тренеры на местах.

– Одна из задач «Надежд России» – создавать филиалы в регионах. Есть подвижки в этом вопросе?

– Пока дело идет трудновато. Мои друзья и коллеги, такие как Виталий Цешковский, Юрий Балашов – очень хорошие специалисты, они готовы работать. Искренне жаль, что процесс идет так медленно… К сожалению, все как обычно упирается в финансы. В идеале, школ нужно побольше, с их помощью можно резко улучшить ситуацию. Но планов очень много, и они постепенно реализуются.

Надо отдать должное президенту общественной организации «Шахматные надежды России» Андрею Владимировичу Селиванову. Обычно человек, занимающий высокий государственный пост, находит время в лучшем случае на то, чтобы подписать какое-то письмо с просьбой. А Селиванов старается вникать во все проблемы и действительно очень помогает. Может быть, потому, что он так увлечен шахматной композицией и достиг в этой области высоких результатов? Он – не формальный, а реальный лидер нашей организации.

Очень большую помощь в работе оказывает мне старший тренер юношеской борной России Сергей Яновский – очень сильный, современный специалист и блестящий менеджер. Сергей отлично знает и понимает ребят, ведь он постоянно видит их в деле, как говорится, в любой обстановке. О достоинствах и недостатках каждого ребенка он рассказывает мне в деталях.

– Условно, всех тренеров можно разделить на несколько групп. Есть те, кто работает с начинающими…

– Это, фактически, учитель, который занимается развитием у детей творческого мышления, учит методам принятия решений, основам анализа. То есть это человек, который просто учит думать. Это необычайно важно. Знаете, какой лозунг висит в IBM? «Машины работают, люди думают» К сожалению, в школах нет такой дисциплины, которая учит думать, а ведь эта дисциплина решающая! Машина многое берет на себя, человеку не нужно тратить столько времени, как прежде, на сбор информации, поэтому он должен, прежде всего, уметь мыслить, анализировать.

– По-моему, тренеров для начинающих сейчас достаточно.

– Это еще вопрос! Я согласен, таких людей немало, поскольку под массовые шахматы сейчас можно найти деньги. Но остается открытым вопрос о качестве их работы.

В последние десятилетия резко изменился возрастной состав детей. Скажем, в мои времена в шахматные секции приходили школьники 11-13 лет, а сейчас-то приводят совсем малышей! У них совсем другие возможности, иное восприятие, а как их учить? На тренерском семинаре в Сингапуре в 2005 году я познакомился с филиппинским тренером, помогавшим Фишеру на матче 1992 года со Спасским. В своем докладе он подчеркнул, что считает важным в обучении детей, как он выразился, «создание и разрушение барьеров». Я не сразу понял, что имеется в виду, и филиппинец привел простой пример. Как-то он объяснял девочке 5 лет, что слон намного сильнее пешки, он стоит целых три пешки, поэтому за одну слона отдавать нельзя. Девочка хорошо усвоила это правило. Но вот проходит несколько занятий, и тренер рассказывает о силе проходной пешки. Во многих случаях это просто праздник, если удается отдать слона за сильную проходную. Но девочка не отдает слона, и пешка проходит в ферзи! Для маленького ребенка понятие запрета играет совсем другую роль, чем для взрослого, он воспринимает все буквально. Важно не расшатать в целом всю моральную систему ребенка и в то же время объяснить, что у любого правила бывают исключения.

Сейчас в процессе обучения на каждом шагу возникают проблемы, о которых мы раньше и не подозревали. Наш вид спорта постоянно развивается, поэтому тренеры нуждаются в свежей информации, они должны иметь возможность регулярно обмениваться мнениями, обсуждать актуальные вопросы. Следовательно, очень остро стоит вопрос о дистанционной связи – о проведении семинаров по Интернету.

Другая проблема: все учебники, даже адресованные малышам, на самом деле, написаны для более взрослых детей либо, мягко говоря, малопрофессионально. Неплохую книжку для малышей написала Татьяна Степовая, мой товарищ Игорь Сухин очень успешно работает на этом направлении, но вот, пожалуй, и все.

– В Питере издают много книжек для детей.

– Да, но все-таки они слабее по уровню. Если человек много лет работает в какой-то области, это еще не означает, что он специалист.

Мне довелось, будучи уже опытным гроссмейстером, внимательно прочитать ряд учебников для начинающих. Классические труды Ласкера, Капабланки, во-первых, адресованы взрослым, а главное, они написаны людьми, которые сами уроков начинающим никогда не давали. По стилю изложения материала я это быстро почувствовал. Кроме того, Ласкер вообще написал учебник для учителей. Это очень глубокий, философский учебник для взрослых, дети же не смогут его читать.

Очень интересно, как Ласкер и Капабланка выразили свое понимание шахмат. Скажем, у Ласкера блестяще написано все, что касается материала. Он, как известно, стал великим первопроходцем в позициях с нарушенным материальным равновесием. А у Капабланки можно прочесть, что главное в шахматах – это борьба за контроль над полями. Он открыл миру удивительный мир доминации в шахматах. Но с методической точки зрения пользоваться этими учебниками не очень удобно. Хотя Капабланка и пытался ввести какую-то систематизацию. Если изучать другие классические учебники, то мы обнаружим, что пользоваться ими дети не смогут.

У Фишера есть гениальная догадка, что главное – научить думать, задача учителя – обеспечить поступательное движение от одних задач к другим. Как вообще действует шахматист? Он постоянно решает задачи самого разного толка. У Фишера очень тонко подобраны упражнения, меня это удивило. Но шахматы были для Фишера родным языком, поэтому он почти ничего не объясняет, считая, что это и не требуется. Между тем, очень важно дать ребенку четкое и понятное словесное объяснение, иначе весь материал просто не сохраняется в памяти.

Кроме того, все эти учебники устарели. В свое время учебник Голенищева с его поурочным планом был настоящим прорывом, но все-таки его уровень далек от идеала.

– Голенищев писал свои книги для более сильных шахматистов, а мы говорили о начинающих…

– А вы никогда не обращали внимания, как написаны учебники для детей? Там сперва объясняют, как поставить мат одинокому королю, а потом безо всякого перехода начинают рассказ о королевском гамбите! Я считаю, из-за такого разрыва у детей возникают очень большие проблемы. В шахматах есть много легенд, вот одна из них. Рассказывают, что однажды Александр Грищук, которому было тогда 17 лет, пришел на встречу с юными шахматистами. И те спросили: что нужно делать, чтобы к 17 годам достичь такого же уровня, как у него? А он уже тогда был гроссмейстером экстра-класса, выступал за сборную России, на чемпионате мира дошел до полуфинала… И дети услышали примерно такой ответ: надо очень хорошо выучить правила шахмат, а все остальное зависит от фарта! Звучит как шутка, тогда как на самом деле мысль очень глубокая. Ведь правила в шахматах довольно сложные, их надо хорошо понимать, а эту стадию обучения обычно стараются «проскочить» как можно быстрее.

Надо уже на первых шагах объяснять детям основные методы матования короля, и не только одинокого. Уже в первых уроках по эндшпилю важно заострять внимание на том, что такое цугцванг, и тогда в дальнейшем обучение пойдет значительно успешнее. У Смыслова есть замечательные слова о том, что возможности каждой фигуры, что «они любят и не любят», ярче всего проявляются в эндшпиле, поэтому обучение следует начинать именно с эндшпиля. Надо правильно обучать, чтобы ребенок каждую фигуру почувствовал в отдельности. Подозреваю, что для успешного обучения начальной стадии нужна или очень высокая шахматная квалификация тренера, или очень качественный учебник. Не случайно сильные шахматисты появлялись, как правило, там, где был яркий педагог.

– По-моему, для начинающих сейчас учебников – хороших или не очень – довольно много. А вот для разрядников ничего толкового нет. Переделанный Голенищев, очередной «Курс дебютов»…

– Согласен. Однажды мой давний друг Аркадий Арканов попросил подготовить его к партии в чемпионате Центрального дома литераторов. Я сказал: «Аркадий, у тебя же есть дебютная энциклопедия, посмотри ее!» Он ответил: «Понимаешь, Юра, я ее взял и решил изучить. Прочел основную линию, потом первую сноску, вторую, а на третьей сноске я забыл, какой дебют начал изучать!» То есть многие книги написаны так, что простой любитель не в состоянии в них разобраться.

Мне очень нравится книжка Авербаха «Что надо знать об эндшпиле» – великолепная брошюра! По своей педагогической сути она важнее, чем эндшпильный многотомник. Блестящим специалистом очень хорошо отобран материал, четко и лаконично изложен. Это некий «техминимум», без которого за доску лучше вообще не садиться. А сколько страниц-то в книжечке? Дай бог, 80-90! К сожалению, таких вещей мало.

Сейчас, при наличии компьютеров срок обучения может быть сокращен в разы. Получил полное признание так называемый «диаграммный» метод обучения, который предложил Владимир Макагонов, а очень хорошо развил Марк Дворецкий, – он ввел такое понятие, как тренировка. Многие тренеры сейчас имеют большое количество упражнений на разные темы. Необходимо развивать у детей не просто тактические навыки, а повышать их общий шахматный уровень.

Недавно появились два прекрасных учебника по эндшпилю – Панченко и Дворецкого. С миттельшпилем ситуация гораздо хуже. Прорывом я считаю книжки Дорфмана, потому что они объясняют, как себя вести, как искать ход в той или иной ситуации. Это очень важно, потому что шахматисту нужны ориентиры. Иосиф – большой шахматист, а стал заниматься с игроками не самого высокого уровня. И понял, что главное – научить их ориентироваться, находить линию поведения. Мне кажется, эта книга необходима для шахматистов среднего уровня. Как правило, у них сильно развито какое-то одно качество: кто-то умеет жертвовать фигуры и ставить мат, кто-то любит защищаться. Это чисто природное отражение характера, а шахматный навык – умение вести себя в зависимости от ситуации – отсутствует. Важно следовать ситуации на доске, а не просто выражать свой характер.

Раньше важную роль для развития шахматиста играли турнирные сборники. Ботвинник написал блестящую (к сожалению, недооцененную) книгу о матч-турнире 1941 года. Как-то я спросил Михаила Моисеевича, как ему удалось проделать такую колоссальную работу. Он ответил: «Так война ведь шла, после работы делать было нечего!» Представляете: один из сильнейших шахматистов мира два года трудился над одной книгой! Прекрасную книгу написал Керес о матч-турнире 1948 года. Классическим трудом стала книга Бондаревского и Болеславского о матче Петросяна со Спасским. Каждый настоящий шахматист должен внимательно, неоднократно возвращаясь, прочесть с доской трехтомник Ботвинника. Грустно становится от мысли, что знаменитая черная серия ушла в далекое прошлое. Квалифицированному шахматисту надо учиться на таких вот сборниках, обычные учебники ему уже мало подходят. Годам к 16 у шахматиста появляется свой стиль, вырабатываются свои принципы принятия решений. Из современной шахматной литературы особое место занимают книги Гарри Каспарова. Не нужно быть дельфийским оракулом, чтобы предсказать им великое будущее. Каждый тренер должен их знать от корки до корки.

К сожалению, в «черной серии» очень слабенькой оказалась книга о Петросяне, из-за этого он явно недооценен. Шахматист Тигран Вартанович был необыкновенный, его творческий вклад в шахматы очень большой.

Думаю, должен быть составлен какой-то «Золотой список» лучших книг.

– Приходилось слышать мнение, что сегодня юным талантам книги не очень-то нужны, вполне достаточно компьютерных баз и постоянной практики, в том числе – игры с сильными противниками в Интернете.

– В Италии сейчас появился юный гроссмейстер Фабиано Каруана, который занимается у моего друга Александра Чернина. Я спросил Чернина, каков потенциал Каруана, и он ответил: «Мне повезло: до меня мальчик занимался у Бориса Злотника». Фабиано попал в руки опытного методиста, который прошел с ним всю шахматную классику. Чем отличается слабый шахматист от настоящего? Слабый просто перебирает ходы на доске, а у сильного в памяти, на «хард-диске» хранится, условно говоря, тысяча самых лучших партий, и они в нем живут, ему не приходится их вспоминать. Это строительный материал очень высокого качества, с помощью которого шахматист строит планы, находит верные решения. У Каруана такая база уже была, и на ее основе можно отрабатывать счет вариантов, методы поиска плана, ведения борьбы в целом. Если же подобной базы нет, то работать значительно труднее. Кроме того, знание классики позволяет нам иметь очень тонкую оценочную функцию. Расположение фигур, соотношение сил, пешечная структура и т.д. – все это проходит некую «оценочную классификацию», а без знания классики оценка будет слишком грубой.

Любому тренеру нужно как можно скорее добиться результата. Если вы чуть-чуть научили ребенка тактике, выбрали какие-то форсированные варианты, то он начинает побеждать. Не обязательно показывать сомнительные дебюты, можно показать ученику, например, дракон. Кто бы ни разыгрывал этот вариант, гроссмейстер или кандидат в мастера, ходы им придется делать одни и те же. И если гроссмейстер забудет какую-нибудь тонкость, то может попасться на «форсаж», и ничто уже его не спасет. Я прекрасно понимаю таких тренеров: им самим, и ребенку, и родителям хочется сразу выигрывать. Поэтому многие становятся на такой путь. Беда в том, что потом очень трудно детей переучивать. Вот вы, насколько я понимаю, на СЮПе занимались?

– Да, сначала у Белавенец, потом у Юркова.

– Я в 70-80-е каждый год давал на СЮПе сеансы, и видел, как Владимир Николаевич работает с Андреем Соколовым. Он его готовил медленно, но очень основательно! Андрей «поспел» к 20 годам. Юркова не беспокоило, каким был ученик в 10, 12, 14 лет. Зато какой это дало результат: в 20 лет Соколов стал чемпионом мира среди юношей и выиграл блестящий по составу чемпионат СССР! А если бы Юрков пошел другим путем, то можно было испортить огромный талант.

В те годы не было многочисленных детских чемпионатов в возрастных категориях до 8, 10, 12 и т. д. лет. С одной стороны, это плохо, но с другой – тренеров никто не «подгонял», они спокойно работали на большую перспективу. Сейчас, конечно, ситуация другая. Тренерам приходится искать для детей спонсоров, а тем результаты нужны сразу, в 10 лет. Хорошо Карлсену – ему ничего не нужно было доказывать, играл себе спокойно, и все ему помогали. У нас же, если ребенок споткнулся, то никто не кинется ему на помощь.

– Получается, у нас тренер выбирает одного-двух талантов и работает с ними, а остальные «постольку поскольку»?

– Да. И уговорить тренера заниматься со всеми – невозможно, это нереально. Но у меня есть предложение, как разрешить эту тупиковую ситуацию. Есть такое понятие: детские шахматные городки в Интернете. Очень важно организовать такую систему, при которой можно было бы периодически натаскивать тренеров, и чтобы у ребят был доступ через «всемирную паутину» к качественным тренировкам. Тогда все, в том числе те, кто не считается вундеркиндом, смогут получать квалифицированную помощь. Учитывая размеры нашей страны, развивать обучение через Интернет совершенно необходимо!

Вообще, дети развиваются очень неравномерно, особенно мальчишки, я это видел много раз. Скажем, в 12 лет, большой уже парень – ничего особенного, а в 13 производит сильное впечатление. Яркий пример из моего поколения – Виталий Цешковский. Я ни разу не видел, чтобы он играл за юношескую сборную России, лидерами той команды были Рашковский и Аверкин. Ну и что? Виталий – блестящий шахматист, он долгие годы был одним из лучших в мире, наверняка входил в пятерку сильнейших. Просто его талант раскрылся позднее.

Мы переходим к очень важной вещи: как учить талантливых ребят. Скажем, Карпову невероятно повезло, что с ним стал заниматься Фурман, выдающийся исследователь шахмат. Фурман и Борисенко создали огромное количество новых позиций; может быть, они сделали для шахмат не меньше, чем Нимцович. Фурман по натуре был игрок, настоящий фанатик любой игры – карточной, бильярдной – чего угодно, при этом игровые качества у него были далеко не идеальные. И вдруг к нему попал невероятно одаренный парень с фантастическими игровыми качествами! Понимание Фурмана полностью совпало с талантом Карпова: все то, чего не имел сам Фурман, он вдруг увидел в ученике. Все свои знания он отдал в нужные руки!

Помню, Геллер, который видел изъяны в стиле Анатолия, начал как-то ругать Фурмана. Семен Абрамович нахмурился, закурил и сказал: «Ты знаешь, Ефим, мне нравится, как играет Толя. Найди ученика, который нравится тебе, и занимайся с ним!»

Учитель может подавить ученика. Это сложнейшая вещь, чтобы все совпало, тут должно быть везение. Например, для меня как тренера главная проблема – определить талант и дать ему раскрыться. На первых порах я вообще стараюсь не обращать внимания на недостатки. Очень важно вначале дать ученику почувствовать самого себя. Далеко не каждый шахматист, даже очень сильный, понимает, какой он есть на самом деле.

Например, когда Ботвинник смотрел партии Спасского, он постоянно восклицал: «Вот рука Толуша! А вот рука Бондаревского!» Для него это было очевидно, поскольку он этих людей хорошо знал, много с ними играл.

…Почему я с горечью говорил о невостребованности Балашова и Цешковского? Эти опытнейшие гроссмейстеры могли бы помочь юным шахматистам при работе над стилем. Ведь поставить руку очень тяжело! Сейчас же появилась тренерская специализация: есть тренеры, которые работают с маленькими детьми, появляются спарринг-партнеры, секунданты. Яркий пример удачного выбора секунданта: на недавнем Кубке мира Камскому помог Сутовский – очень сильный, толковый гроссмейстер. Есть и другие, менее удачные примеры. Поскольку сейчас многие позиции надо анализировать с машиной, то часто на роль секундантов приглашают молодых шахматистов – просто потому, что у человека много энергии, он может с утра до вечера сидеть за компьютером. Это вообще другая специальность, такого человека нельзя назвать тренером.

Но попытка проанализировать все с помощью компьютера – это уязвимый подход, от такой подготовки можно легко уйти, если выработать гибкий подход, умение разыгрывать разные типы позиций. Как, например, подготовиться к Морозевичу? Дайте ему любую позицию, и он разыграет ее настолько оригинально, что при подготовке ни одна машина не поможет, вам придется самому за доской искать решение!

Есть еще один момент, который нам надо обсудить: очень важно, чтобы тренер глубоко и всесторонне знал мир того уровня, куда пришел ученик. В шахматах каждый уровень: игра в супертурнирах, в опенах, в детских турнирах – это свой мир. Если у тренера нет соответствующего опыта, он может иногда давать и неудачные советы. Конечно, шахматист может интуитивно принять правильное решение, но лучше, как известно, учиться на чужих ошибках. Вспоминается в этой связи матч 1984 года: тогда в команде у Каспарова не было ни одного человека, кто бы сам играл матч на первенство мира или был на таком матче тренером. Гарри и его команде пришлось набить немало шишек, пока они не приобрели необходимый опыт и вышли затем на новый уровень.

– Еще одна важная проблема: когда тренер выводит ученика на достаточно высокий уровень, то начинает опасаться, что ученика переманят.

– К сожалению, это очень большая проблема! Она существовала всегда, и в советские годы была ничуть не менее острой, чем сейчас. С такими проблемами сталкивается почти каждый тренер. Я помогал многим молодым шахматистам, и порой не афишировал наше сотрудничество, чтобы не нервировать их постоянных тренеров. Мне чужая слава не нужна; так получилось, что я бойко со старта начал – работал с Карповым.

Переходы от тренера к тренеру всегда очень драматичны, особенно наверху. Яркий пример – Борис Спасский, который от Зака ушел к Толушу, а потом – к Бондаревскому. Но Спасский понимал, что это важно для его шахматного развития. Никого в этом нельзя винить. Как поступать в таких острых случаях?

– То есть если ученик понимает, что перерос тренера…

– Дело не в том, что перерос! Просто каждый может дать что-то свое, универсалов очень мало. Помню, когда-то я занимался с Лотье, и Жоэль меня попросил: «А вы можете подготовить для меня вариант Свешникова?» Я ответил: «В лучшем виде – я тебе родоначальника приведу!» Конечно, я что-то знаю об этом варианте, но Евгений чувствует само нутро этих позиций. Это совершенно нормально, если ученику, помимо основного тренера, помогает кто-то еще. Как мы знаем, на самом высоком уровне даже создаются команды, потому что один человек не в состоянии решить все проблемы. Плюс – фактор времени.

– Тренеры, которые отпускают учеников к вам на школу, не опасаются, что дети увидят иной уровень занятий и уйдут от них?

– Изначально ясно, что мне не нужно никого переманивать. Последний год я занимался и с Костенюк, и с Томашевским – только успевал, а еще многим пришлось отказать. Не подумайте, что я хвастаюсь, просто какое-то имя есть, люди ко мне обращаются. Дорфман вообще говорит своим ученикам: «У тебя сегодня 4 часа, а дальше я уже не твой!» Вся жизнь расписана по часам, и это тоже нормально.

Почему, скажем, в Америке нет талантливых молодых шахматистов? Ответ простой: потому что заниматься с начинающими материально выгоднее, чем работать с юными талантами. Гроссмейстер охотнее возьмет несколько начинающих, чем одного способного юниора.

Потребность сегодняшнего дня, когда в 17 лет люди уже борются за корону, такова: надо, чтобы опытный тренер взял ребенка 10-11 лет и занимался с ним одним. Но это практически невозможно! Для Магнуса Карлсена Норвегия эту проблему решила, но даже у Теймура Раджабова, насколько мне известно, все шло далеко не так гладко. В советские годы оргработа велась через спортивные общества. А сейчас клубы собираются раз в год, и все. Скажем, Дворецкий был тренером в «Буревестнике», в этом обществе состояли и его ученики Юсупов с Долматовым. Марк мог на тренировочном сборе прийти и попросить какого-нибудь гроссмейстера, чтобы он, скажем, поиграл часок в блиц с Артуром или Сергеем. Молодые шахматисты «варились» в шахматной среде! В клубе «Буревестник», между прочим, регулярно вел занятия Александр Маркович Константинопольский, один из лучших в моей жизни тренеров. Сейчас ничего подобного нет: ни обществ, ни клубов…

Правда, РШФ недавно сделала колоссальный шаг – ввела гранты. Теперь регулярно проводятся занятия, молодые таланты могут пригласить к себе тренеров. Они работают на хорошей базе где-нибудь в Подмосковье, рядом занимаются другие гроссмейстеры, и возрождается та самая атмосфера, которая рождала советских шахматных гениев.

* * *

Вторая сессия школы «Шахматных надежд России» прошла в феврале на базе подмосковного Дома отдыха «Огниково». С талантливыми юниорами занимались Юрий Сергеевич Разуваев, Сергей Моисеевич Яновский и Анатолий Николаевич Терехин. В один из дней на сбор приехали почетный президент РШФ Андрей Владимирович Селиванов и вице-президент РШФ Александр Иванович Крюков. Многократный чемпион мира по шахматной композиции Андрей Селиванов провел мастер-класс – показал ребятам свои задачи и этюды и убедился, что решают они очень неплохо:

– У меня остались очень приятные впечатления от нашей поездки на сессию школы. Чувствуется интерес детей, они просили, чтобы подобные сессии проводились чаще, было видно, как на занятиях у них загораются глаза. Для детей созданы очень хорошие бытовые условия (проживание, питание), они занимаются не только шахматами, но и спортом, а также отдыхают, восстанавливают силы.

Я рассказал ребятам о неортодоксальных видах композиции, таких как задачи на обратный и кооперативный мат. Как мне показалось, они сразу уяснили суть и находили правильные ходы. Некоторые задачки я ранее предлагал решать опытным гроссмейстерам, и они испытывали затруднения. Может быть, у них есть некий шаблон мышления, им трудно взглянуть на шахматы по-другому? А у детей светлые головы, они мыслят более творчески. Мне очень понравилось, как они реагировали на задачи и этюды!

Доклад по волжскому гамбиту подготовил Иван Федотов

Александр Крюков, Юрий Разуваев и Сергей Яновский

Анатолий Терехин и Андрей Селиванов

Мат в два хода

Каждому ученику – книга с автографом в подарок

Фото на память

– Общественная организация «Шахматные надежды России» создавалась для того, чтобы, в первую очередь, поднимать по всей стране массовые шахматы. Государство считает очень важными такие задачи, как развитие образования, снижение уровня преступности. Россия должна выходить на передовые рубежи со своими технологиями! А шахматы – это как раз тот вид спорта, или искусства, если хотите, который помогает человеку развивать интеллект. Председатель Государственной Думы Борис Вячеславович Грызлов, возглавляющий фракцию «Единая России», заявил о том, что он поддерживает введение всеобщего шахматного образования в школах. Кроме того, под эгидой «Единой России» проводится много шахматных мероприятий, в том числе знаменитая «Белая ладья». Думаю, это очень хорошо для шахмат, что их поддерживают влиятельные политики и политические партии.

У нас в стране шахматы имеют богатую историю, есть высококвалифицированные тренеры, а самое главное – не ушло еще в небытие ощущение того, что умение играть в шахматы престижно. Даже когда человек вырастает и начинает заниматься каким-то другим, более серьезным делом, навыки игры в шахматы для него очень полезны. Сегодня у многих бизнесменов в рабочих кабинетов стоят шахматы, демонстрируя тем самым солидность, интеллигентность их владельцев. Шахматы активно используются в рекламе, очень популярны такие слоганы, как «Сделай правильный ход!», «Сделай правильный выбор!», «Белые начинают и выигрывают».

Наша задача – сделать шахматы доступными. В каком бы отдаленном регионе ни находился ребенок, он должен получить возможность серьезно заниматься шахматами, если у него есть к этому стремление. Современные технологии позволяют этого добиться. Министерством образования внедрен проект «Компьютеры – в школы», поэтому сегодня в любой, даже сельской школе есть компьютерный класс. Программный продукт, который на расстоянии может обучать игре в шахматы, уже опробуется в Ханты-Мансийском автономном округе. Надо, наверное, доработать этот опыт и распространить его на всю страну.

Конечно, также очень важно готовить тренеров. Должна быть системность в работе! Нужно составить реестр тренеров, чтобы мы знали, например, что в Красноярском крае работают такие-то тренеры, у них занимаются такие-то дети. Т.е. создать нормальную базу данных тех, кто работает в шахматной сфере. Сегодня во многих спортивных школах есть шахматные отделения, но данные о них до сих пор не систематизированы.

Наша цель – создание школ на базе «Шахматных надежд России». За полгода мы провели две сессии. К нам приезжают дети, уже проявившие себя в шахматах, но пока еще не достигшие очень высоких результатов. Мы хотим помочь им совершить качественный рывок.

Отделения «Шахматных надежд России» созданы и зарегистрированы в 52-х регионах, еще 13, как говорится, «на подходе». К слову, очередной съезд нашей организации состоится 18-19 апреля в Дагомысе во время детского чемпионата России. По всей стране у организации есть активисты – это и тренеры, и общественники. Мы планируем организовать аналогичные школы во всех федеральных округах России.

В наших планах – создание Интернет-портала для дистанционного обучения шахматам. Мы заключаем договор с Государственной научно-технической библиотекой, будем создавать электронную шахматную библиотеку, в которой смогут найти нужные для себя книги юные шахматисты и опытные мастера. Этот проект очень важен для повышения престижа российских шахмат.

Школа получает и спонсорские деньги, и государственные. Дистанционное обучение, на мой взгляд, должно финансироваться государством, потому что это – важный для страны образовательный проект. В этом направлении мы активно работаем с Рособразованием, чтобы ускорить решение данного вопроса.

Определенную нагрузку по финансированию, в соответствии с заранее утвержденным планом, несет и Российская шахматная федерация, которая также входит в число учредителей «Шахматных надежд России». Мы очень четко видим грань между нашей деятельностью и тем, чем занимается детско-юношеская комиссия РШФ. У них – спорт высших достижений, подготовка ближайшего резерва для сборных команд страны. У нас – поиск талантов по всей России, предоставление доступных образовательных услуг в области шахмат. Кстати, в стране в рамках административной реформы идет большая работа над тем, чтобы услуги в области образования стали доступны для всех. Поэтому наша цель – предоставление доступных образовательных шахматных услуг через Интернет – абсолютно соответствует сегодняшним реформам государства.

Я очень признателен ректору РГСУ Василию Ивановичу Жукову, который не только открыл у себя кафедру шахмат и помогает проведению Moscow-open, но реально видит, что нужна системность в работе. Для того, чтобы на кафедру поступали хорошо подготовленные абитуриенты, надо готовить детей! Поэтому сейчас мы прорабатываем с Василием Ивановичем вопрос о создании летнего детского шахматного лагеря на базе одного из пансионатов РГСУ в подмосковном городе Руза. Вместе с Александром Ивановичем Крюковым мы побывали в этом пансионате и убедились, что там прекрасные условия для работы и отдыха. Надеюсь, нам удастся открыть такой лагерь уже в этом году.

Кроме того, на базе РГСУ мы хотим открыть лицей-интернат для одаренных детей. Это серьезная работа, потому что для создания такого лицея необходимо получить лицензию на образовательную деятельность. Планируется открыть специализированные шахматные классы для старшеклассников (9-11 классы), выпускники которых будут автоматически зачисляться в РГСУ, на бюджетное обучение.

Должна быть системность во всем, в том числе в таком важном вопросе, как подготовка шахматных учебников. Сейчас никто их не анализирует, многие учебники устарели, вместо них появляются книги, которые близко нельзя подпускать к детям, потому что они могут нанести вред развитию мышления юных шахматистов. Почему такие книги появляются на свет? Потому что нет системы рецензирования учебной шахматной литературы. Люди пишут кто во что горазд! Главное сегодня – найти деньги на выпуск книги, иметь связи в издательстве. Часто выходит просто компиляция уже существующих учебников, а ведущие творческие силы к процессу не подключаются. Спортшколы работают по программам, написанным чуть ли не 30 лет назад! Каждый год колоссально углубляются знания в области дебюта, миттельшпиля, эндшпиля, а мы все еще учим детей по программе, написанной в 70-е годы! Разве это нормально? Конечно, надо разрабатывать новые учебники, с учетом достижений современной теории и практики, с привлечением ведущих тренеров и шахматистов.

Словом, планов у нашей организации много, мы ведем работу в самых разных направлениях. Наша главная задача – создание целостной системы развития шахмат в России.

Публикацию подготовил
Владимир Барский

Все материалы

К Юбилею Марка Дворецкого

«Общения с личностью ничто не заменит»

Кадры Марка Дворецкого

Итоги юбилейного конкурса этюдов «Марку Дворецкому-60»

Владимир Нейштадт

Страсть и военная тайна
гроссмейстера Ройбена Файна, часть 1

Страсть и военная тайна
гроссмейстера Ройбена Файна, часть 2

Страсть и военная тайна
гроссмейстера Ройбена Файна, часть 3

Страсть и военная тайна
гроссмейстера Ройбена Файна, часть 4

Страсть и военная тайна
гроссмейстера Ройбена Файна, часть 5

«Встреча в Вашингтоне»

«Шахматисты-бомбисты»

«Шахматисты-бомбисты. Часть 3-я»

«Шахматисты-бомбисты. Часть 4-я»

«От «Ультры» – до «Эшелона»

Великие турниры прошлого

«Большой международный турнир в Лондоне»

Сергей Ткаченко

«Короли шахматной пехоты»

«Короли шахматной пехоты. Часть 2»

Учимся вместе

Владимир ШИШКИН:
«Может быть, дать шанс?»

Игорь СУХИН:
«Учиться на одни пятерки!»

Юрий Разуваев:
«Надежды России»

Юрий Разуваев:
«Как развивать интеллект»

Ю.Разуваев, А.Селиванов:
«Как научить учиться»

Памяти Максима Сорокина

Он всегда жил для других

Памяти Давида Бронштейна

Диалоги с Сократом

Улыбка Давида

Диалоги

Генна Сосонко:
«Амстердам»
«Вариант Морфея»
«Пророк из Муггенштурма»
«О славе»

Андеграунд

Илья Одесский:
«Нет слов»
«Затруднение ученого»
«Гамбит Литуса-2 или новые приключения неуловимых»
«Гамбит Литуса»

Смена шахматных эпох


«Решающая дуэль глазами секунданта»
«Огонь и Лед. Решающая битва»

Легенды

Вишванатан Ананд
Гарри Каспаров
Анатолий Карпов
Роберт Фишер
Борис Спасский
Тигран Петросян
Михаил Таль
Ефим Геллер
Василий Смыслов
Михаил Ботвинник
Макс Эйве
Александр Алехин
Хосе Рауль Капабланка
Эмануил Ласкер
Вильгельм Стейниц

Алехин

«Русский Сфинкс»

«Русский Сфинкс-2»

«Русский Сфинкс-3»

«Русский Сфинкс-4»

«Русский Сфинкс-5»

«Русский Сфинкс-6»

«Московский забияка»

Все чемпионаты СССР


1973

Парад чемпионов


1947

Мистерия Кереса


1945

Дворцовый переворот


1944

Живые и мертвые


1941

Операция "Матч-турнир"


1940

Ставка больше, чем жизнь


1939

Под колесом судьбы


1937

Гамарджоба, Генацвале!


1934-35

Старый конь борозды не портит


1933

Зеркало для наркома


1931

Блеск и нищета массовки


1929

Одесская рулетка


1927

Птенцы Крыленко становятся на крыло


1925

Диагноз: шахматная горячка


1924

Кто не с нами, тот против нас


1923

Червонцы от диктатуры пролетариата


1920

Шахматный пир во время чумы

Все материалы

 
Главная Новости Турниры Фото Мнение Энциклопедия Хит-парад Картотека Голоса Все материалы Форум