воскресенье, 23.04.2017
Расписание:
RSS LIVE ПРОГНОЗЫ КОНТАКТЫ
Дортмунд02.07
Сан-Себастьян06.07
Биль18.07
 АНДЕГРАУНД 
   И.Одесский: «...новые приключения неуловимых»
   И.Одесский: «Гамбит Литуса»

 ДИАЛОГИ 
   Г.Сосонко: «Амстердам»
   Г.Сосонко: «Вариант Морфея»
   Г.Сосонко: «Пророк из Муггенштурма»
   Г.Сосонко: «О славе»

 СМЕНА ШАХМАТНЫХ ЭПОХ 
   Алекс. Никитин «Решающая дуэль глазами секунданта»
   Сергей Шипов «Огонь и Лед. Решающая битва»
 ВСЕ ЧЕМПИОНАТЫ СССР 
   9-й чемпионат: «Старый конь борозды не портит» (1934-35)
   8-й чемпионат: «Зеркало для наркома» (1933)
   7-й чемпионат: «Блеск и нищета массовки» (1931)
   6-й чемпионат: «Одесская рулетка» (1929)
   5-й чемпионат: «Птенцы Крыленко – на крыло» (1927)
   4-й чемпионат: «Диагноз: шахматная горячка» (1925)
   3-й турнир-чемпионат: «Кто не с нами, тот против нас» (1924)
   Турнир-чемпионат: «Червонцы диктатуры пролетариата» (1923)
   1-я всероссийская Олимпиада: «Пир во время чумы» (1920)

 ЛЕГЕНДЫ 
   Вильгельм СТЕЙНИЦ
   Эмануил ЛАСКЕР
   Хосе Рауль КАПАБЛАНКА
   Александр АЛЕХИН
   Макс ЭЙВЕ
   Михаил БОТВИННИК
   Василий СМЫСЛОВ
   Ефим ГЕЛЛЕР
   Михаил ТАЛЬ
   Тигран ПЕТРОСЯН
   Борис СПАССКИЙ
   Роберт Джеймс ФИШЕР
   Анатолий КАРПОВ
   Гарри КАСПАРОВ
   Вишванатан АНАНД

 РЕЙТИНГИ 
   Top-100 ФИДЕ на 1/07/2006:
«Адамс снова в десятке»

   Top-100 ФИДЕ на 1/04/2006:
«Топ-лист возглавил Топалов»

   Top-100 ФИДЕ на 1/01/2006:
«Последний рейтинг Каспарова»

   Россия 2500+ на 1/10/2005:
«В ожидании выздоровления»

   Top-100 ФИДЕ на 1/10/2005:
«По чем нынче Эло-уголёк?»

   Экс-СССР 2500+ на 1/07/2005:
«В поисках сладкой жизни»

   СНГ 2500+ на 1/07/2005:
«Берегись, Запад!»

   Россия 2500+ на 1/07/2005:
«В ожидании новой волны...»

   Top-100 ФИДЕ на 1/07/2005:
«Что гласит закон джунглей?»

   Россия 2500+ на 1/04/2005:
«В ожидании новой волны...»

   Top-100 ФИДЕ на 1/04/2005:
«Кому желать здравствовать?»

   Экс-СССР 2500+ на 1/01/2005:
«Cвоим становится не каждый...»

   СНГ 2500+ на 1/01/2005:
«Под знаком жовто-блакитных!»

   Россия 2500+ на 1/01/2005:
«Броуновское движение в...»

   Top-100 ФИДЕ на 1/01/2005:
«"Топ-лист" рекордсменов»

   Top-100 ФИДЕ на 1/10/2004:
«Атака Морозевича–Топалова»

   Top-100 на 1/07/2004: «Этьен Бакро–клубный король Европы»

 ГДЕ ПОИГРАТЬ В СЕТИ? 
   Игровые шахматые серверы

 О КОМПАХ: HARD & SOFT 
   Шахпрограммы для Pocket PC

Rambler's Top100
Сергей ВОРОНКОВ,
журналист, историк

Шахматный пир во время чумы


Всероссийская шахматная олимпиада – 1920 год

  Как всякое по-настоящему большое начинание – а шахматные чемпионаты СССР, что и говорить, явление планетарного масштаба, – это тоже обязано своим рождением случаю, почти пустяку. Если бы революционер-ленинец Ильин-Женевский не оказался страстным любителем шахмат, кто знает, сколько бы еще лет прошло, прежде чем большевики обратили внимание на «королевскую» игру. В самом деле, не чудо ли это? Еще полыхает по окраинам гражданская война, кругом разруха и голод, всякие там заговоры и красный террор, а тут вдруг – Всероссийский шахматный турнир! Как такое могло случиться в 1920 году?

  О, это такая удивительная цепь совпадений, что поневоле уверуешь в старую истину: случайность – это непознанная закономерность. Началось всё с того, что Александр Федорович Ильин-Женевский… Впрочем, лучше предоставим слово ему самому. В «Записках советского мастера» (Ленинград, 1929) он так живо обо всем написал, что просто грех пересказывать своими словами. А какие прекрасные воспоминания оставили Алехин, Богатырчук, Левенфиш… Может, мне лучше вообще поменьше встревать? Пусть участники и очевидцы событий сами расскажут о времени и о себе.

МОБИЛИЗАЦИЯ


  Ильин-Женевский: «В начале 1920 года я перешел работать в Главное управление Всевобуча (Всеобщее военное обучение. Здесь и далее курсив мой. – С.В.) и вскоре был назначен комиссаром Управления. Участвуя вместе с выдающимися специалистами по физкультуре в разработке программ по допризывной подготовке трудящихся, я предложил им включить в эти программы и изучение шахмат… Главная ценность спорта, говорили они, это то, что он вырабатывает в человеке душевные качества, чрезвычайно важные для бойца. Здесь невольно напрашивалась параллель с шахматами. Ведь шахматы тоже, и в иных случаях даже больше, чем спорт, вырабатывают в человеке смелость, находчивость, хладнокровие, волю, а главное (чего не имеет спорт) – развивают стратегические способности. Мое предложение было принято и утверждено главным начальником Всевобуча тов. Н.И.Подвойским. Скоро уже мы разослали всем нашим начальникам территориальных округов распоряжение о культивировании шахмат и о содействии организации шахматных кружков…»

  Алехин: «Московские шахматисты, перебираясь с места на место, с одной квартиры на другую, вместе с библиотекой и всем инвентарем, невзирая на топливный кризис и многие другие непреодолимые препятствия, наконец дожили до 1919 года, когда на их горизонте появился один из виднейших членов советского правительства. И хотя он был братом еще более знаменитого вождя моряков Раскольникова, сам носил псевдоним Ильин-Женевский (производный от названия города Женева). Отнюдь не слабый шахматист и страстный шахматный энтузиаст, он благодаря авторитету, которым был обязан брату, но не в меньшей степени также благодаря занимаемому посту главного правительственного комиссара Всевобуча, за короткий срок добился того, что красные властители коренным образом изменили свое отношение к королевскому искусству. Из «буржуазного времяпрепровождения» шахматы превратились в их глазах в «высокое и полезное искусство, развивающее интеллектуальные силы подрастающего поколения» (цитата из резолюции съезда деятелей Всевобуча Московского военного округа, состоявшегося в Москве в апреле 1920 года). Вследствие такой перемены во взглядах на московских шахматистов как из рога изобилия посыпались всяческие блага. Прежде всего, блестящая квартира из шести комнат при Центральном военно-спортивном клубе Управления Всевобуча, в «секцию» которого был официально превращен Московский шахматный клуб. Далее, учреждение фонда в размере 100 000 рублей (тогдашняя покупательная способность которого равнялась нынешнему миллиону!) с целью устройства серьезных соревнований. И наконец, что было самым важным, – организация «Всероссийской шахматной олимпиады», которая была проведена в октябре 1920 года» (из книги Александра фон Алехина «Шахматная жизнь в Советской России», вышедшей в Берлине на немецком языке в 1921 году).

  Ильин-Женевский: «Весной 1920 года у нас во Всевобуче стали поговаривать об организации осенью Всероссийской спортивной олимпиады. Я воспользовался этим случаем и поставил вопрос о том, чтобы наряду со спортивными состязаниями были устроены состязания шахматные, по образцу того, как это было сделано на Стокгольмской олимпиаде 1912 года. Мое предложение было принято, и я сейчас же составил организационный комитет, в который вошли Н.Д.Григорьев, Н.И.Греков, А.А.Алехин и я. Спортивная олимпиада так и не состоялась, зато шахматные состязания, которые получили название «Всероссийской шахматной олимпиады», и в том числе чемпионат РСФСР (тогда понятие РСФСР было соответственно нынешнему СССР), нам все же удалось осуществить…
  Наиболее тяжелой задачей, которая легла на оргкомитет, было разыскать и собрать в Москву всех сильнейших шахматистов РСФСР. Данные, которые у нас находились, были совершено недостаточны. Пришлось воспользоваться всероссийским аппаратом Всевобуча и провести своего рода военную мобилизацию шахматистов. Как образец приведу телеграмму, которая была послана во все территориальные округа Всевобуча:

 
  Первого октября Москве состоится шахматный турнир. Приказываю широко оповестить округ настоящем турнире. Помещение и продовольствие Москве обеспечено. Не позднее 15 сентября представить Москву Главупрвсевобуч сведения желающих участвовать турнире: имя, фамилия, адрес службы, занимаемая должность, степень незаменимости, год рождения, начало занятий шахматами, название шахматного общества, каких состязаниях участвовал, занятое место, нуждается ли Москве помещении. О допущенных участию турнире будет сообщено телеграфно. 17 августа 1920 г. № 648/1516.
Замначглавупрвсевобуча Закс.

  Одновременно с этой телеграммой был послан список сильнейших русских шахматистов, персонально приглашаемых в чемпионат РСФСР. Насколько оргкомитет был плохо осведомлен о наличии имеющихся в пределах РСФСР шахматистах, видно из того, что в этот список попали находившиеся в это время за границей Рубинштейн, Бернштейн, Боголюбов и Селезнев».
 
  Богатырчук: «Однажды в начале осени мне сообщили, что на одном из домов Крещатика висит плакат, в котором мне предлагается безотлагательно явиться в местный Отдел физкультуры для переговоров по поводу моего участия в шахматном чемпионате Советской России. У меня, конечно, взыграло ретивое, и я помчался по указанному адресу. Представитель из центра заявил мне, что в октябре в Москве будет проходить турнир лучших шахматных мастеров страны и что я приглашен принять в нем участие. «В турнире будет участвовать Алехин», – добавил он.
  Представитель указал, что он уполномочен предложить мне 15 000 рублей для покрытия расходов по поездке, причем расходы по пребыванию в Москве берет на себя Отдел физкультуры, и они в означенную сумму не входят. Из предложенных мне денег я мог оставить порядочную часть семье. Словом, со всех точек зрения предложение было заманчивое, в особенности перспектива снова тряхнуть шахматным оружием. Я согласился, получил деньги и направился домой поделиться новостью с женой…
  Но по мере приближения к дому мой энтузиазм значительно ослабел, ибо я упустил из виду весьма важное обстоятельство: мог ли быть уверен, что во время моего отсутствия Киев не попадет в руки какой-либо новой власти (по словам Богатырчука, за годы гражданской войны Киев пережил десять смен власти!) и я в результате не буду отрезан от семьи и от любимой работы?
  Когда я поведал обо всем жене, она выдвинула новое возражение, что я еще недостаточно оправился от сыпного тифа, чтобы выдержать тяготы поездки и напряжение турнира. Долго мы взвешивали все за и против – и в конце концов решили не рисковать. Забрала моя жена все денежки и отправилась сама к представителю. Не знаю, чему тот больше удивился: мотивам ли моего отказа (жена, конечно, упомянула лишь об опасениях за мое здоровье) либо возвращаемой нетронутой пачке денег. Но он мой отказ принял, и на том моя проектируемая поездка закончилась» (из книги Федора Богатырчука «Мой жизненный путь к Власову и Пражскому манифесту», Сан-Франциско, 1978).

ХЛЕБНЫЙ БУНТ


  Из прессы: «В главном турнире приняли участие 16 шахматистов: Алехин, Григорьев, Зубарев, Н.Павлов-Пьянов, Целиков, Ильин-Женевский (Москва), Голубев, Левенфиш, И.Рабинович, Романовский (Петроград), А.Куббель (Ямбург), Данюшевский (Нижний Новгород), Мунд (Лодзь), А.Рабинович (Вильно), Блюменфельд (Саратов), Д.Павлов (Могилев).
  К сожалению, не удалось привлечь целый ряд сильнейших русских шахматистов, как то: Бернштейна, Рубинштейна, Дуз-Хотимирского, Сальве, Зноско-Боровского, Боголюбова, Богатырчука, Левитского, Селезнева, Грекова и др., но и в указанном составе турнир представлял из себя для оскудевшего за последние годы шахматного искусства в России интереснейшее, большой важности, поучительнейшее состязание.
  Во втором турнире приняли участие 27 любителей, съехавшиеся также из самых разных мест России» («Листок Шахматного кружка Петрогубкоммуны» № 3, 1921).

  Алехин: «К 1 октября в Москву съехались для участия в обоих турнирах примерно 35 шахматистов… Собрание участников, проведенное перед началом турнира, приняло довольно бурный характер, и были моменты, когда казалось, что иногородние игроки откажутся от участия и не солоно хлебавши отправятся обратно. Главная причина недоразумений и расхождений во мнениях состояла в двух недостаточно четко сформулированных пунктах программы: 1) о призах и 2) о продовольственных нормах, установленных на время турниров.
  После долгих споров, в ходе которых иногородние участники дошли до ультимативных заявлений, а затем направили делегацию с целью изложить свои требования начальнику Всевобуча Подвойскому, все спорные вопросы разрешились следующим образом, удовлетворившим всех:
  а) Денежные призы отменяются; вместо них выплачиваются только гонорары за выигранные партии – по 2000 рублей в чемпионате, а также по 1000 рублей в группе победителей турнира любителей и по 500 рублей в предварительных группах. В качестве призов устанавливаются художественные серебряные предметы, а кроме того, победитель чемпионата получает от устроителей почетный приз в виде китайских шахмат из слоновой кости.
  б) Удалось увеличить продовольственную норму участников: сверх одного фунта хлеба (по свидетельству Левенфиша – полфунта) и советского обеда (суп из сушеных овощей и – на выбор – селедочная голова или селедочный хвост) участник получает во время игры немного чая (естественно, также «советского»), сыра и сахарина.
  После удовлетворения этих скромных требований была проведена жеребьевка и принят окончательный регламент».

  Ильин-Женевский: «Необычайно трудно было снабжать участников необходимым продовольствием. Мы с Григорьевым прямо разрывались на части, так как Греков как-то отстранился от работы, а Алехин гордо заявил, что с началом чемпионата он отказывается от участия в организационных делах. Так как основным питанием игроков были скудные красноармейские обеды, то мы употребляли всяческие усилия, чтобы достать еще какое-нибудь продовольствие. Помню, нам удалось раздобыть несколько больших кругов сыру, который являлся в то время большим лакомством. Тем не менее дело не обошлось без инцидента, который сильно взволновал нас. В один прекрасный или, вернее сказать, не прекрасный день группа участников объявила забастовку и предъявила мне, как председателю оргкомитета, ряд требований. Этот любопытный документ, ярко характеризующий обстановку того времени, до сих пор хранится в моем личном архиве.

 
ЗАЯВЛЕНИЕ
Участников Всероссийской шахматной олимпиады.
  Ввиду значительного ухудшения продовольственного положения мы считаем необходимым заявить, что при создавшихся условиях мы не в состоянии продолжать турнира и вынуждены его прекратить с воскресенья 17 октября в случае неудовлетворения следующих требований:
  1) Выдача аванса в размере 15 000 р. на человека.
  2) Немедленная выдача оставшегося сыра на руки участникам.
  3) Увеличения хлебного пайка или компенсирование хлеба другим способом.
  4) Немедленная выдача папирос.

  П.Романовский, А.Куббель, И.Рабинович, И.Голубев, Я.Данюшевский, Мунд, Г.Левенфиш.

  Любопытно, что Алехин, бывший членом оргкомитета, вместо того чтобы постараться сгладить конфликт или помочь нам советом, еще подливал масла в огонь, заявляя, что он также отказывается играть, так как «не может же он играть с голодными противниками». Большого труда стоило нам уговорить участников продолжать турнир, найдя способ частично удовлетворить их требования».
 
  Левенфиш: «Для улучшения мизерного курсантского пайка петербуржцы избрали завснабом Ваню Голубева, считавшегося опытным «коммерсантом». Ему иногда удавалось добывать у мешочников «харч» в обмен на выдаваемые участникам папиросы… Недостаток калорий возмещался молодым задором и любовью к шахматам. Играли «для души», не опасаясь отбора в следующий турнир. Сражались бодро и «атачисто», было сыграно немало хороших партий, но, к сожалению, большинство из них не удалось сохранить» (из книги «Избранные партии и воспоминания», Москва, 1967).

ПРИЗЕРЫ И ПРИЗЫ


  Из прессы: «Большинство из участников главного состязания после долгого перерыва не смогли развернуть в полной мере своих боевых способностей на шахматном поле битвы. Несомненно, слабее своей силы играл, например, Алехин, который с большим напряжением и не без участия фортуны достиг первого места (выделено мною. – С.В.). Играющий, наоборот, лучше всех Левенфиш занял лишь третье место благодаря тому, что в самом начале турнира, не разыгравшись еще, свел вничью и проиграл некоторые партии, достигнув в последних уже совершенно выигранных позиций… Неожиданно хорошо сыграл Романовский, достигший 2-го места и опередивший трех маэстро» («Листок Петрогубкоммуны» № 3, 1921).

  Согласитесь, пассаж об Алехине впечатляет! Как видите, мнение о том, что он «без особого труда» и «блестяще» выиграл первый приз, укоренилось не сразу, а лишь годы спустя, с легкой руки его биографов В.Панова и А.Котова. Да, если идти от результата, их оценка выглядит убедительно. Однако анализ сохранившихся партий Алехина (к сожалению, до нас дошли только восемь) показывает, что победа далась ему весьма нелегко.
  Впрочем, принимать слова «Листка» за чистую монету тоже не стоит: как вскоре (в № 9) выяснилось, в его редколлегию входили «заинтересованные лица» – Левенфиш с Романовским. Учитывая это обстоятельство, слова об «играющем лучше всех Левенфише» смотрятся не очень-то прилично…
  Ну, а закончим представление первого призера отрывком из огромной шуточной поэмы об олимпиаде, написанной известным в свое время московским шахматистом Борисом Григорьевым. Поэма технически слабовата, но образ Алехина настолько отличается от канонического (вдумайтесь: «хоть собственного плана он сам не создает…»), что одно это с лихвой искупает все огрехи автора. С годами всё большую ценность приобретают свидетельства, написанные до того, как гении «забронзовели» и о них стали писать с придыханием.


  Алехин – наш гроссмейстер.
  Знакомить? – Для чего же!
  Известность, как и клейстер,
  Пристанет – не сдерешь!
  Ничьих рекомендаций
  Не надобно ему,
  А приз – пук ассигнаций,
  Он сам сказал: «Возьму!»
  – Какого же вы мненья
  О творчестве его? –
  Всеобщее сужденье
  Покамест таково:
  Хоть собственного плана
  Он сам не создает,
  А ищет лишь изъяна, –
  Беда! – коли найдет…
  Сверлит больное место,
  Долбит как долото!
  Игру всю в кашу, в тесто.
  Не выдержит никто!
  К тому же и уменье
  Поймать живую нить,
  И мысли напряженье
  Огромное развить…
  Он демон разрушенья,
  Опаснейший микроб
  Гниенья, разложенья,
  И это – не поклеп!
  Дебют ведет он зыбко
  (Теория строга!),
  Малейшая ж ошибка
  И – горе для врага.

   
Перед вами партия 12-го тура Романовский – Алехин. Можно даже определить, в какой момент «вылетела птичка»: после хода 6.e5 (эта партия – самая короткая из всех сохранившихся от той олимпиады: 1.e4 e5 2.Nf3 Nc6 3.Nc3 Nf6 4.Bb5 Nd4 5.Nxd4 exd4 6.e5 dxc3 7.exf6 Qxf6 8.dxc3 Qe5+ 9.Qe2 Qxe2+, и ничья).
Эту уникальную фотографию презентовал мне Давид Бронштейн (для будущей книги об Алехине), а к нему она попала еще в бытность его работы шахматным обозревателем «Известий». Снимок так и затерялся бы в архиве газеты, если бы не известный фотограф Виктор Ахломов: увидев случайно старую «шахматную» фотку, он решил спасти ее от забвения и преподнес знаменитому гроссмейстеру.
  Алехин: «Успех молодого П.Романовского, прибавившего к своему имени мастерский титул (по словам Романовского, «это звание присуждалось либо за первое место, либо за второе при условии, что на первом месте будет Алехин; участие последнего считалось как бы вне конкурса»), был вполне заслуженным и никоим образом не явился неожиданностью. Уже в Мангейме (1914) он подавал большие надежды, а сейчас, с улучшением здоровья, игра Романовского стала более стабильной, и ныне он, несомненно, является одним из сильнейших русских мастеров.
  Левенфиш, который из-за недостатка свободного времени в последние годы держался в стороне от шахмат (он – руководитель центральной химической лаборатории Петрогубкоммуны), начал турнир весьма неудачно, потерпев два поражения, но потом подтянулся, не проиграл больше ни одной партии и закончил турнир третьим.
  Напротив, И.Рабинович, на которого в Петрограде возлагали особые надежды, не вполне их оправдал. Выросшему в традициях позиционной школы, ему порой недоставало необходимой уверенности в ситуациях, богатых тактическими возможностями, из-за чего он иногда попадал в проигрышные положения даже против более слабых противников: общая черта (увы, почти единственная) с Рубинштейном!
  Что касается трио, которое разделило последние призы (5-й, 6-й и 7-й), то прежде всего назовем виленского маэстро А.Рабиновича. Поначалу он пробудил основательные надежды стать гораздо выше, поскольку в блестящем стиле выиграл первые четыре партии, что даже на какое-то мгновение сделало его лидером турнира. Тот факт, что А.Рабинович потом отстал, следует приписать не только усталости и недостатку тренировки, но и… разменному варианту испанской партии, к коему он питает своего рода органическое отвращение, вследствие чего он черными проиграл в этом дебюте четыре (!) партии почти без сопротивления.
  Н.Григорьев – несомненно, одно из самых ярких светил, взошедших на нынешнем шахматном небосклоне. Шахматист многосторонних знаний (что особенно проявилось в ведении пешечного эндшпиля), а также недюжинной практической силы, почти достигший мастерского уровня, Григорьев прежде всего является неутомимым и фанатичным пропагандистом шахматного искусства. Несмотря на свою молодость (26 лет), он в трудные 1917–1919 годы являлся фактически единственным человеком, чьей энергии московские шахматисты были обязаны тому, что огоньки в их сердцах вопреки всем трагическим событиям в окружающем мире не угасли. Ныне Григорьев занимает пост председателя Московского шахматного клуба, возглавляя также шахматную секцию Всевобуча… Олимпиаду он начал неудачно, но выиграл три партии на финише, что позволило ему попасть в число призеров.
  Арвид Куббель, без сомнения, сильный шахматист почти мастерского уровня, обязан успехом главным образом своему ровному, спокойному характеру, что позволило ему победить большинство «dii minores» (младших богов), в то время как во встречах с остальными призерами он, напротив, набрал всего одно очко.
  Среди непризеров надо прежде всего упомянуть Блюменфельда, который с годами достиг значительной ровности игры, о чем свидетельствует и то, что на его долю приходится наименьшее число поражений. Если бы в последнем туре он не проиграл уже стоявшую на выигрыш партию против Ильина-Женевского, то ему достался бы (и притом вполне заслуженно) пятый приз».

  Ильин-Женевский: «Волнения и хлопоты, связанные с этим турниром, вконец подорвали мои силы. Незадолго до его окончания я свалился в постель. На почве старой контузии у меня произошел нервный паралич левой ноги. Турнир я все же продолжал. Две последние партии я играл лежа в постели, причем одну проиграл (Левенфишу), а другую умудрился даже выиграть (у Блюменфельда). В общем, результат игры у меня оказался довольно средним».

  Алехин: «В турнире любителей, в котором участвовали 27 шахматистов, состязавшиеся в трех предварительных группах, в результате ожесточенной борьбы таблицу возглавили Выгодчиков (смоленчанин) и Кляцкин. Первый хорошо известен русским шахматистам благодаря своему успеху в московском чемпионате 1911 года (третий позади д-ра Бернштейна и Селезнева), в то время как молодой Кляцкин принадлежит к многообещающим талантам шахматной Москвы (именно у него позаимствовал Алехин идею своего знаменитого дебюта 1.e4 Nf6!). В дополнительном матче за первый приз со счетом 2:0 победил опытный Выгодчиков (и получил право играть в финале следующего чемпионата). Третье место в турнире любителей занял Алексей Алехин».

  Левенфиш: «Легче всего разрешился вопрос с призами. Бежавшие за границу белоэмигранты оставили в ломбардах много ценностей, которые были конфискованы правительством. Оргкомитет получил из ломбардов три предмета. Распределение их производилось весьма оригинальным способом. Призы находились в отдельной комнате. В нее первым вошел Алехин. Он выбрал себе приз и, выходя с объемистой вазой в руках, заявил: «Кажется, в весе я не ошибся». За ним последовал Романовский, мне уже выбирать не пришлось. Призерам были выданы аттестаты. Мой сохранился. Он нарисован на листе плохой рисовальной бумаги, которую с трудом удалось где-то разыскать, – напечатать аттестат не представлялось возможным».

  Алехин: «Торжественная раздача призов состоялась в концертном зале, в котором некогда блистали выдающиеся московские артисты. После успешного окончания церемонии раздачи призов, а также выполненных по спецзаказу советскими художниками и подписанных главным комиссаром Всевобуча и другими знаменитостями дипломов, взору неожиданно предстали – о чудо! – чай и яблочные пирожные из настоящей крупчатки, что подействовало на всех нас как вдохновляющий заключительный аккорд Шахматной олимпиады.
  К сожалению, план издания турнирного сборника ввиду свирепствовавшего в России бумажного голода потерпел неудачу, ибо только те произведения, которые прямо или косвенно служат целям коммунистической пропаганды, могут рассчитывать на предоставление монополизированной государством бумаги».

ОСКОЛКИ БЫЛОГО ВЕЛИКОЛЕПИЯ


  К сожалению, из 120 сыгранных в турнире партий сохранилось менее одной трети (в мегабазе ChessBase их 37). И можно только догадываться, сколько замечательных позиционных идей, комбинационных фейерверков и тонких эндшпилей кануло в Лету.
  Начнем с самой драматичной партии чемпионата. Она игралась в первом туре, но ее результат решающим образом повлиял на распределение мест в первой тройке и вдобавок принес Петру Романовскому звание мастера.

Петр РОМАНОВСКИЙ – Григорий ЛЕВЕНФИШ
Комментирует Г.ЛЕВЕНФИШ

  33…Qxa2. Выигрывало и 33…Qd8 34.Qa6! Qg8 35.e5 (35.Qxc6+ Kd8!) 35…Qg4+ 36.Ke4 Qg6+ 37.Kf3 Rxh2 или 37…Qxb1.
  Пока мой партнер думал над ходом, я прогуливался. Прогуливался и Алехин. Он посмотрел на мою партию, а затем, поравнявшись со мной, сказал: «Ага, заготовили мат на g2!»
  34.e5. Романовский отчетливо видел грозящую жертву ладьи. Например, на 34.Ra3 следует 34…Rg3+ 35.hxg3 Qg2+ 36.Kg4 Rd8 37.Bg1 Rh8 38.Rxa7 Rh4# (лишь оттягивало неизбежное 37.f5 Rg8+ 38.Bg5 Bxg5 39.Qf3 Be3+). Сделанный им ход предупреждает эту комбинацию. Черные могли выиграть разными способами, проще всего посредством 34…Rd8, вновь создавая угрозу Rg3+, или 34…Bh4, или, без фокусов, 34…Rxh2. Но, загипнотизированный словами Алехина, я подошел к доске и молниеносно пожертвовал ладью, даже не записывая хода!
  34…Rg3+?? 35.hxg3 (35.Kxg3?? Qg2#) 35…Qg2+ 36.Kg4. Этот ход оказался для меня неожиданностью. Любопытно, что такая же галлюцинация случилась у Ласкера в партии с Бернштейном из международного турнира в Петербурге 1914 года.
  Действительно, очень похоже. Вот положение, создавшееся в партии Бернштейн – Ласкер после 35.Ne2-d4.
  35…Qh2? «Галлюцинация, – восклицает Тарраш. – Черные думали, что они могут на 38-м ходу заматовать противника, пойдя ферзем на g1, но просмотрели, что белому королю доступно поле g3». После 36.Nxe6 Ra2 37.Re2 Ra1+ 38.Kf2 fxe6 39.Qg6! Qc7 40.Qxe6+ Kh8 черные остались без пешки и проиграли.
  36…Rd8 37.Qh7! (вот в чем смысл хода 34.е5) 37…Rh8 38.Qxh8+ Bxh8 39.Rxb7 Qe2+ 40.Kh4 Qa6 41.Rb8+ Kc7 42.Bd2. Черные сдались. Я был наказан за легкомыслие и в результате этого поражения занял третье место, а Романовский – второе.

  В этом эпизоде Левенфиш абсолютно прав. Чего не скажешь о партии с Алехиным, в которой, как утверждал впоследствии Григорий Яковлевич, он упустил возможность заматовать будущего первого призера.

Александр АЛЕХИН – Григорий ЛЕВЕНФИШ

  32.Kg4!! «Единственный путь к ничьей, – восклицает Алехин. – Если сперва 32.Qd3+ g6 и затем 33.Kg4, то 33…f5+ 34.exf6 h5+, выигрывая». Гроссмейстер А.Котов в «Шахматном наследии А.А.Алехина» (1982) поясняет: «После единственного 35.Kh4! (35.Kg5 Rc5+) победа достигалась следующим способом: 35…Qxf6+ 36.Kh3 Qb2! 37.Kh4! Kh6! 38.Rh8+! Kg7!»
  Вы будете смеяться, но тут… всё не так! Не верите? Включим верного «Фрица» и начнем с конца.
  Достаточно продлить вариант с пятью восклицательными знаками всего на один ход – 39.Qd8!, и ничья становится очевидной: 39…Rc8 40.Rg8+ Kh7 41.Qxc8 Qxh2+ 42.Kg5 Qxg3+ 43.Kf6 Qxf4+ 44.Ke7 Qh4+ или 39…Qf6+ 40.Qxf6+ Kxf6 41.Rf8+ Ke7 42.Ra8 Rxh2+ 43.Kg5 Rg2 44.Rxa7+ и т.д.
  А вот скобочный ход 35.Kg5, который после «убийственного» 35…Rc5+, казалось бы, надо в ужасе отвергнуть, на самом деле выигрывает:
  36.f5 Rxf5+ 37.Qxf5!! (только не 37.Kh4 Qxh2#) 37…gxf5 38.Rd7+ Kg8 39.Kg6!, и от мата черные могут спастись лишь ценой ферзя!
  Но самое поразительное, что все эти аналитические подвиги «Фрица» ни к чему. Простой путь к ничьей после 32.Qd3+ g6 33.Kg4 f5+ указал еще сам Левенфиш в «Листке Петрогубкоммуны»:
  34.Kf3! Rc3 35.Rd7+ Kh8 36.Rd8+ с вечным шахом. Однако при этом он тоже считал, что 34.exf6 проигрывает из-за 34…h5+.
  Таким образом, насчет «единственного пути к ничьей» Алехин погорячился: вполне возможно было и 32.Qd3+, так как указанный им вариант вел не к выигрышу, а к проигрышу черных!
  32…Rxh2. «Жаль! – сетует Левенфиш в книге «Избранные партии и воспоминания». – Продолжая 32…h5+! 33.Kxh5 (33.Kg5 f6+) 33…Rxh2+ 34.Kg4 Qg2 35.Qd3+ (если 35.Rd7, то 35…Rh6!) 35…g6 36.Rd7 (или 36.Kg5 Kg7 37.Rd7 Rh5+ 38.Kg4 Rh4+! с матом) 36…Kh6! 37.Rxf7 Rh4+! 38.Kxh4 Qh2+ 39.Kg4 Qh5#, черные красиво заканчивали эту боевую партию».
  И впрямь, красиво. Почему же тогда Алехин, приведя на 32…g6 вариант 33.Rh8+!! Kxh8 34.Qd8+ Kh7 35.Qe7!=, относительно шаха пешкой ограничился лаконичным: «Если 32…h5+, то просто 33.Kxh5!» Неужели снова ошибся?!
  Нет, на этот раз его анализ был точен.
  Оказывается, белые вовсе не обязаны играть 36.Rd7? (плохо и 36.Rf8? Qh3+ 37.Kf3 Rg2 38.Rxf7+ Kh6 39.Ke4 Rxg3–+). К ничьей ведет указанное в скобках 36.Kg5! Kg7, и здесь опять-таки не 37.Rd7?, а 37.Qa3! Rh5+ 38.Kg4 Qe2+ (или 38…Kh7 39.Rh8+! Kxh8 40.Qf8+ Kh7 41.Qxf7+ Kh6 42.Qf8+) 39.Qf3 Qh2 40.Qa3 с повторением ходов.
  33.Qd3+ g6 34.Rd7! Kg7 (34…Rh4+? 35.Kf3!+–) 35.Rxf7+. Ничья.

  Алехин на этом турнире не раз попадал в передряги, но всякий раз находил способ вывернуться. Особенно он гордился партией с Ильиным-Женевским, которую в числе немногих включил в книгу «Шахматная жизнь в Советской России», откуда и взяты его комментарии. А примечания Ильина-Женевского – из «Листка Петрогубкоммуны» и из книги «Записки советского мастера».

Испанская партия C77
Александр ИЛЬИН-ЖЕНЕВСКИЙ – Александр АЛЕХИН

  1.e4 e5 2.Nf3 Nc6 3.Bb5 a6 4.Ba4 Nf6 5.d3 d6 6.c3 g6 7.0–0 Bg7 8.Re1 0–0 9.Bg5 h6 10.Bh4 Bd7 11.Nbd2 Qe8. «План этот с последующим разменом слонов и коней недостаточно обоснован, ибо позиция черных после размена не улучшается» (И.-Ж.). «Фриц» предлагает 11…g5 12.Bg3 g4 13.Nh4 Nh5.
  12.Nf1 Nd4. Лучше было 12…Nh7, подготовляя f7-f5.
  «Когда Алехин сделал свой очередной ход, он в волнении вскочил и куда-то ушел. Вскоре я увидел его в группе шахматистов, где он горячо что-то говорил. Все тоже были взволнованы. «Фигура! Фигура!» – доносилось до меня. Некоторые подбегали к доске, смотрели не положение и уходили. «Неужели я проигрываю фигуру?» – мелькнуло у меня в голове. Однако сколько я ни смотрел, ничего подобного не видел. Потом всё успокоилось. К моей доске подошел улыбающийся Романовский. «В чем дело? Что случилось?» – спросил я у него. «Ничего, – ответил он. – Ложная тревога. Алехину показалось, что он зевнул фигуру. Вскоре и Алехин, успокоенный, вернулся на свое место» (И.-Ж.).
  13.Bxd7 Nxf3+ 14.Qxf3 Nxd7 (этот размен выгоден для белых) 15.Ne3 c6 16.Rad1 Qe6.
  17.g4! (препятствуя f7-f5; на 17…Qxa2 последует 18.Nc4 с различными сильными угрозами) 17…Bf6! Черные должны стремиться к дальнейшим разменам, чтобы противодействовать развитию неприятельской инициативы.
  18.Bxf6 Qxf6 19.Qg3 Nc5 20.Ng2 Ne6 21.Rf1 Nf4 («Иначе f2-f4» И.-Ж.) 22.Nxf4 exf4 23.Qf3. Предпочтительнее был бы размен ферзей. Теперь черные получают лучшую игру, так как пункт f4 представляет слабость позиции белых.
  23…Kg7 24.Kg2 h5 25.h3 (естественно, не 25.gxh5 Rh8 и т.д.) 25…Qg5 26.Rh1 f5. Лучшим продолжением здесь было 26…Rae8 27.Rdg1 d5, против чего белые едва ли могли бы найти достаточную контригру.
  27.exf5 gxf5.
  28.Rdg1! (спасающий ход) 28…fxg4 29.hxg4 h4. Ильин-Женевский награждает этот ход вопросительным знаком: «Надо было играть 29…hxg4, соглашаясь на ничью: 30.Kf1 gxf3 31.Rxg5+ Kf6 32.Rgh5 Rae8 33.Rh6+». А машина советует подготовить движение пешки путем 29…Rh8.
  30.Re1 Rae8 31.Kh3! Kg6. Надежнее было 31…Re5, чтобы занять открытую линию.
  32.Re2! Теперь белые опережают своего противника. Иначе оценивает ход Ильин-Женевский, ставя к нему знак вопроса: «Следовало играть 32.Re4, и если 32…d5, то 33.Re2 с последующим Rhe1, и белые получали большие шансы на выигрыш». Любопытно, что «Фриц» с «Джуниором» того же мнения: 33…a5 34.Rhe1 Rxe2 35.Qxe2 Qf6 36.Qe7+/– или 33…Rg8 34.Rhe1 Kf7 35.d4 Qf6 36.Re5 Rxe5 37.Rxe5+/–.
  32…Rxe2 33.Qxe2 Qe5! «Если бы черная пешка стояла уже на d5, то этот ход, уравнивающий игру, был бы невозможен» (И.-Ж.).
  34.Re1 Re8 35.Qe4+ Qxe4 (35…Kg5? 36.Qh7! Qxe1 37.Qg7#) 36.Rxe4. «Когда я сделал свой последний ход, прозвенел звонок, возвещающий начало перерыва (а не после 38.f3, как пишет Котов). Я хотел было сперва дождаться, когда Алехин запишет ход, но он так долго и напряженно думал, что я ушел один. Настроение у меня был великолепное. Я не сомневался, что партия у меня выиграна. В самом деле, если Алехин поменяется ладьями, то у меня явно выигранный пешечный конец. Если же он сыграет 36…Rf8, то я даю шах ладьей на е6 и забираю пешку d6. Как будто никакого спасения Алехину нет.
  Что же делал без меня Алехин? Передаю это со слов Григорьева. Алехин просидел над партией около часа, затем записал свой ход и ушел. Незадолго до конца перерыва он опять появился в клубе, веселый и сияющий. Встретив Григорьева, он протянул ему целую тетрадь вариантов, написанных дома, и сказал: «Посвящаю этот конец партии вам, как знатоку пешечного эндшпиля». Действительно, Алехин, оказывается, рискнул перевести игру в пешечный конец, точно рассчитав единственные ходы, приводящие партию к ничьей» (И.-Ж.).
  36…Rxe4! 37.dxe4 Kg5 38.f3 a5!! Единственный ход, спасающий партию. Ошибочно и 38…d5? 39.exd5 cxd5 40.b4!+–, и 38…c5? 39.a4! b5 40.axb5 axb5 41.b3+–, и 38…b6? 39.a4 b5 40.a5 c5 41.b3+–.
  39.c4 (39.a4 b5! 40.b3 bxa4 41.bxa4 d5= или 39.b3 b5! 40.a3 c5=; ошибкой было бы 39.b4? axb4 40.cxb4 d5, и черные выигрывают) 39…b5 40.cxb5 cxb5. Ничья.

  Ярких концовок на олимпиаде хватало. Правда, большей частью случались они уже в совершенно выигранных позициях, что отчасти снижает впечатление. Тем не менее сами финальные комбинации красивы.

Николай ГРИГОРЬЕВ – Александр АЛЕХИН

  18.Ne4? (18.Nb3! со сложной игрой) 18…f5! 19.Nc5 (в случае 19.Nd6 f4 20.Nxe8 Rxe8 21.Qh5 Qd8 у черных две фигуры за ладью при подавляющей позиции) 19…Bf7 20.Bd6 Qxb2 21.Bxd5 Bxd5 22.Rb1 Qxd4–+ 23.Rxb7. Попытка создать контригру карается мгновенной смертью.
  23…Qg4! 24.f3 (24.Rxe8+ Rxe8 25.Qxg4 Re1#) 24…Bd4+ 25.Kh1 Bxf3! Ай да слоны! Белые сдались: 26.Rxe8+ Rxe8 27.gxf3 Re1+ 28.Qxe1 Qxf3#.

Николай ЗУБАРЕВ – Петр РОМАНОВСКИЙ

  27.f4. «Эта комбинация оказывается неверной. Партия белых, разумеется, уже давно проиграна» (Алехин).
  27…Rxf4! 28.Rxf4 Qxf4 29.Ne2 Qf2 (опровергает затею белых) 30.Ng1 Qf6 31.Nf3.
  31…Re1+! («Изящный конец очень последовательно проведенной черными партии» Алехин) 32.Nxe1 Qf1+ 33.Kh2 Be5+ 34.g3 Qxh3+ 35.Kg1 Bd4+ 36.Rf2 Qxg3+ 37.Ng2 Bxf2+. Белые сдались.

  Случались и настоящие этюды. В монографии о классике шахматной композиции Леониде Куббеле (1984) я случайно наткнулся на любопытное свидетельство одного питерского шахматиста: «Помню, с каким упоением Л.Куббель разбирал, заставляя нас восторгаться, игру ферзя в окончании партии Ильина-Женевского с Рабиновичем из Всероссийской шахматной олимпиады 1920 года. Это окончание он отнес к числу задачных построений».

Александр ИЛЬИН-ЖЕНЕВСКИЙ – Абрам РАБИНОВИЧ
Комментирует П.РОМАНОВСКИЙ

  18.Ra5. Причина последующих затруднений. Лучше 18.Rfe1, после чего пешку е4 можно было защищать различными способами. А силиконовый друг советует 18.f3, например: 18…d5 19.N4b3 или 18…a5 19.c4 a4 20.Rfd1.
  18…Qb7 19.f3 d5 20.N4b3 dxe4 21.Nc5 Qb6 22.Rfa1 (не лучше и 22.Nc4 Qc6 23.Nxd7 Nxd7 и т.д.) 22…exf3 23.Rxa6 Rxa6 24.Rxa6.
  24…Bf5! Знак Романовского. «Фриц» полагает, что сильнее было сразу 24…Qb5! 25.c4 Qb4, например: 26.Rxf6 (26.Nxd7 Nxd7 27.Ra4 Qxb2 28.Qxb2 Bxb2–+) 26…Rxe3 27.Nd3 Rxd3 28.Qxd3 Bxf6 29.Qxd7 Qb6+ и т.д.
  25.Qc1 Qb5 26.c4 Qb8. Этот маневр ферзем был сделан для того, чтобы поле d4 не было защищено пешкой, – условие, необходимое для красивой заключительной комбинации.
  27.Nxf3 Ng4.
  28.Bd4? (конечно, лучше 28.Bd2, но… тогда мы лишились бы маленького шедевра!) 28…Bxd4+ 29.Nxd4 Qxb2! Белые сдались: на 30.Qd1 последует 30…Qxd4+! Для полноты картины добавлю 30.Qf1 Qxd4+ 31.Qf2 Re1# или 31.Kh1 Qf4 32.Qg1 Re1.

  Завершает подборку партия, которая тоже увенчалась этюдной концовкой. Однако на пути к ней черных, оказывается, подстерегали подводные камни…

Илья РАБИНОВИЧ – Александр АЛЕХИН
Комментирует А.АЛЕХИН

  26…e5! Начало интересных осложнений. Слон не может взять пешку из-за 27…d5!, а вариант 27.Bc5 d5 28.Rxc4 bxc4 29.Bxf8 Qxf8 тоже к выгоде черных. На хитроумное 28.Rd4!? находится остроумная жертва ладьи: 28…exd4! 29.Qxe8 Rxe8 30.Rxe8+ Kf7 31.Rf8+ Kg6 32.Rxf5 dxc3!! 33.Rf4 c2 34.Rxc4 dxc4, и слон бессилен против армады черных пешек.
  27.f4! Несомненно, лучший шанс. Белые рассчитывают на вариант 27…d5 28.Rxe5 Nxe5 29.Bxe5 с вполне защитимой позицией.
  27…d6. Черные защищают пешку е5 угрозой мата в два хода после 28.fxe5 dxe5 29.Bxe5? Nxe5 30.Rxe5 Rxe5 31.Qxe5 Qf2+.
  28.h3 (снова грозит взятие пешки е5; черные защищают ее косвенным образом) 28…Re6! 29.fxe5 dxe5 30.Bc5! Но не 30.Bxe5 Rfe8 31.Rf1 Qg6 32.Rxc4 Rxe5!, и черные выигрывают.
  Ход в партии кажется многообещающим, так как ладья черных не может уйти с вертикали «f». Например: 30…Rd8 31.Rf1 Qg6 32.Rg4 Qh6 33.Qf3! с выигрышем. Но сильнее парадоксальная жертва ферзя за ладью и слона: 32…Qe8! 33.Rf8+ Qxf8 34.Bxf8 Rxf8, создавая подобие крепости.
  Если белые захотят ее разрушить – 35.Rxc4 bxc4 36.Qxc4, то после 36…Rff6 37.Qxa4 e4 проходная в центре дает черным хорошую контригру.
  30…Rf7! Начало комбинации с целью создать решающую атаку. Для защиты достаточен был ход 30…Rff6, так как белые не могут ответить 31.Rb1 из-за 31…Nd2!
  31.Rb1 (отыгрывает пешку с хорошим, казалось бы, положением, ибо 31…Nd2 теперь невозможно ввиду 32.Qxd2) 31…h6. Парирует угрозу мата и еще дальше увлекает противника на путь опасностей.
  32.Rxb5 Nd2!
  33.Rxa4. Защиты уже нет. В случае 33…Rg4 черные выигрывают подобно тому, как в партии. Если же 33.Re3, то 33…Rg6 (для этого маневра я и сыграл на 30-м ходу Rf7, а не Rf6) 34.Rb8+ Kh7 35.Rb2 (или 35.Qxd2 Qf1+ 36.Kh2 Rf2) 35…Nf3+ 36.Kh1 Qxh3+! и мат следующим ходом.
  Однако ход 34.Rb8+ в этом варианте явно не сильнейший. Ведь все беды белых из-за того, что слон не контролирует поля f2 и g1.
  Шансы на защиту оставляло 34.Rd3! Qf1+ 35.Qxf1 Rxf1+ 36.Kh2 Rd1 37.Rb8+ Kh7 38.Rdd8, получая некоторую контригру.
  33…Qc2! После этого хода, которым объясняется жертва двух пешек, черные выигрывают, так как ладьи белых не могут обеспечить защиту 1-й горизонтали.
  34.Rb8+ Kh7 35.Kh1 Rf1+ 36.Bg1.
  36…Rxg1+! (красивая финальная комбинация) 37.Kxg1 Qc1+ 38.Kf2 Rf6+ 39.Ke3 (39.Kg3 Nf1+; теперь же черные дают мат или выигрывают ферзя) 39…Nb1+! Белые сдались.


ВСЕРОССИЙСКАЯ ШАХМАТНАЯ ОЛИМПИАДА – 1920 год


1  А.АЛЕХИН (Москва)
 
 =   =   1   1   1   1   =   =   =   =   1   1   1   1   1   12   I 
2  П.РОМАНОВСКИЙ (Петроград)  = 
 
 1   0   =   1   1   0   1   1   1   0   1   1   1   1   11   II 
3  Г.ЛЕВЕНФИШ (Петроград)  =   0 
 
 0   1   1   =   =   =   1   1   1   =   1   =   1   10   III 
4  И.РАБИНОВИЧ (Петроград)  0   1   1 
 
 0   0   0   =   1   =   1   1   1   =   1   1   9.5   IV 
5  Н.ГРИГОРЬЕВ (Москва)  0   =   0   1 
 
 1   1   0   0   0   0   1   1   1   1   1   8.5   V-VII 
6  А.КУББЕЛЬ (Петроград)  0   0   0   1   0 
 
 0   =   =   1   =   1   1   1   1   1   8.5   V-VII 
7  А.РАБИНОВИЧ (Вильно)  0   0   =   1   0   1 
 
 =   =   1   0   1   0   1   1   1   8.5   V-VII 
8  Б.БЛЮМЕНФЕЛЬД (Саратов)  =   1   =   =   1   =   = 
 
 =   0   0   1   0   1   =   =   8   
9  Д.ДАНЮШЕВСКИЙ (Лодзь)  =   0   =   0   1   =   =   = 
 
 0   =   =   0   1   =   1   7   
10  А.ИЛЬИН-ЖЕНЕВСКИЙ (Москва)  =   0   0   =   1   0   0   1   1 
 
 0   =   1   0   =   1   7   
11  Н.ЗУБАРЕВ (Москва)  =   0   0   0   1   =   1   1   =   1 
 
 0   0   0   1   0   6.5   
12  Н.ПАВЛОВ-ПЬЯНОВ (Москва)  0   1   0   0   0   0   0   0   =   =   1 
 
 1   =   1   1   6.5   
13  Н.ЦЕЛИКОВ (Москва)  0   0   =   0   0   0   1   1   1   0   1   0 
 
 0   0   1   5.5   
14  А.МУНД (Н.Новгород)  0   0   0   =   0   0   0   0   0   1   1   =   1 
 
 =   0   4.5   
15  Д.ПАВЛОВ (Могилев)  0   0   =   0   0   0   0   =   =   =   0   0   1   = 
 
 =   4   
16  И.ГОЛУБЕВ (Петроград)  0   0   0   0   0   0   0   =   0   0   1   0   0   1   = 
 
 3