четверг, 23.02.2017
Расписание:
RSS LIVE КОНТАКТЫ
Гран-при, Шарджа17.02
Aeroflot Open20.02

Интервью

Евгений АТАРОВ

Аркадий НАЙДИЧ:
«ИГРАЮ И ПОЛУЧАЮ УДОВОЛЬСТВИЕ!»

При подведении итогов 2011 шахматного года победа сборной Германии на одном из сильнейших континентальных первенств последних лет будет стоять особняком. В номинации “сенсация года” с немцами просто некому сравниться. А после того как Найдич рассказал, в каких условиях это произошло - не благодаря, а скорее вопреки здравому смыслу, - в ее реальность становится поверить вдвойне тяжелее. Но все-таки она состоялась!

Честно говоря, набирая дортмундский номер Аркадия, не знал, чего ждать. Мы не виделись с ним несколько лет и почти не общались... Так, перебрасывались порой шуточками по поводу общих знакомых, не больше. Я не знал, чем живет и строит ли серьезные планы на свое шахматное будущее этот совсем еще молодой парень, который всегда поражал меня удивительной смесью прагматизма и бесшабашности молодости, столь несвойственной для наших “новых немцев”.

Начали мы, как и собирались, с победы сборной Германии в чемпионате Европы, а потом постепенно “добрались” и до самого Аркадия - чем он живет и дышит...

- Первый и главный вопрос, который просится в связи с вашей победой: а как ее восприняли в самой Германии? Это ведь была ваша первая командная победа!

- Ну, не совсем первая. Успехи были. Например, в 2000-м Германия стала второй на шахматной Олимпиаде. Но чемпионами немцы не были очень-очень давно. Еще со времен Ласкера, наверное. А как приняли? Любители шахмат были в восторге.

- Признаться, мне было интересно мнение не шахматистов, а простых людей. Как восприняла ее “общественность” - телевидение, газеты, интернет?

- Нет, в этом плане наша победа прошла почти незамеченной. Написали в каких-то газетах, но так, мимоходом. А телевидению, по-моему, было вообще все равно! Проблема тут не в том, что шахматы безразличны немцам, а в том, что федерация все сделала для того, чтобы о нашей победе узнали как можно меньше людей.

Как известно, любая новость живет примерно 48 часов, после чего люди быстро переключаются на что-то другое. Так вот в эти часы не было сделано ничего...

- У меня нет слов! Я, конечно, много слышал, еще в свое время, о конфликте между федерацией и ведущими шахматистами, но что все настолько серьезно… Неужели федерация не стремится к популяризации шахмат в стране? Лучшей рекламы, кажется, и не придумаешь - сборная страны первая в Европе!

- Дело в том, что федерация шахмат Германии... не хочет ничего делать. В этом и есть основной конфликт. Честно говоря, если раньше старался просто не обращать на это внимания, то нынешняя ситуация меня просто возмущает... Не воспользоваться такой ситуацией для дальнейшего развития, продвижения молодых шахматистов и в целом развития шахмат в стране? Это полнейшая глупость и непрофессионализм. Мне кажется, их даже огорчило, что нам удалось стать чемпионами Европы.

Они вот уже десять лет не делают ничего! Как говорится, крутят пальчиками... У них годовой бюджет - 700,000 евро (он составляется из ежегодных взносов любителей шахмат в Германии), но перед Олимпиадой они не могли найти 20 тысяч. Говорили о том, что у них этих денег просто нет. Причем, речь шла не о премиальных, а просто о деньгах на “технические расходы” - бронирование билетов, гостиницы и пр.

А куда уходят деньги? Они их натурально проедают. Примерно раз в два месяца 100 человек, представляющих федерацию, собираются на официальные встречи и кушают в гостиницах. И хорошо кушают! А когда мы говорим, что 2,000 евро - это мало, чтобы ехать играть на Олимпиаду, они искренне удивляются: “Как мало?!” Поэтому у нас и тянется этот вечный конфликт, который, по-моему, никогда не кончится.

- Немецкая федерация, вроде бы, самая крупная в Европе...

- Да, больше ста тысяч зарегистрированных игроков. И при этом ноль спонсоров. Уже это многое говорит о работе федерации. Только на этом чемпионате Европы у команды был какой-то спонсор, да и то такой, незначительный. Возник он в самый последний момент из-за безысходности - бюджет федерации был просто €0!

- Если отвлечься от полного бездействия федерации, как считаешь: ваша победа в будущем может повлиять на популярность шахмат в стране?

- К сожалению, самый подходящий момент упущен... Мы не “попали в телевизор”, только интернет немного пошумел, но там уже тоже все сошло на нет. Я боюсь, что с точки зрения популяризации шахмат в стране эта победа никак не повлияет.

- А на твой взгляд, Германия - вообще шахматная страна?

- Интерес к шахматам сам по себе большой. Взять даже трафик посещений сайта чемпионата Европы - из Германии было совершено больше всего заходов. Даже больше, чем из России. Любителей, людей, которые следят за шахматной жизнью в мире, очень много. Не обязательно у них есть рейтинг, и они разбираются в игре. Им просто хочется быть в курсе дела, как в футболе, Формуле-1 или другом виде.

- В какую силу играет средний немец? Не сильней среднего нашего?

- Я бы не стал преувеличивать силу немцев, которые регулярно садятся за доску. Меньше 1% из состоящих в федерации шахмат Германии имеют рейтинг ФИДЕ. Мне кажется, судить о средней силе игры очень трудно. Ведь в большинстве своем это не те, кто каждый день приходит в парк сыграть на лавочке партейку-другую, а те, что играют за свой клуб примерно раз в месяц - обычно с таким же любителем.

- Профессионалы же предоставлены сами себе?

- Да, конечно.

- И никто не интересуется, как у вас дела, не устраивает сборов...

- Нет, до нас никому нет дела. В той же федерации - точно... Они заняты какими-то своими делами. Организацией обедов, любительскими шахматами.

- А по какому принципу формируется состав сборной Германии?

- Нет никакого принципа, команда формируется непонятно кем!

- Как это???

- А вот так. Никто не знает, по какому принципу формируется команда, никто не знает, что надо сделать, чтобы попасть в сборную Германии...

- Шутишь?

- Нет, я совершенно серьезно. Да вот взять хоть команду на чемпионат Европы... Меня, Густафссона, Майера и Даника Фридмана взяли по рейтингу, а пятого человека, Бумана, взяли “от балды”. По какой причине - никто так в итоге и не понял.

- Постой, а кто брал-то?

- Уве Бёнш.

- Он - главный тренер сборной, капитан?

- Его должность называется «бундестренер», по идее он и должен отвечать за то, что творится с командой. Но на практике он никак не относится к сборной. То есть, он не проводит сборов, не ищет тренеров... Ну а во время турниров, на которые он ездит вместе с командой, ни разу не дотрагивается до шахмат! Я даже не знаю, как определить его роль? По-немецки это зовется “битройер” - можно перевести... как сопровождающий, что ли. Вот Бёнш нас сопровождал и на этот раз.

- Если он принимает совсем безумное решение, ему может кто-то возразить?

- Нет. По правилам это его исключительная прерогатива. Он, может, например, сказать, что будет сам играть на первой доске, и никто ему не помешает.

- Но какую-то ответственность за результат он несет?

- В свете общего отношения федерации к сборной, по-моему, - никакой...

- И... при всем при этом вы теперь - чемпионы Европы?

- Да, мы - чемпионы Европы.

- Мог бы в двух словах рассказать о членах нынешней сборной Германии? Как я знаю, Густафссон и Майер играли в Дортмунде (последний, как будто, вместо тебя), Фридман - просто крепкий гроссмейстер и любитель быстрых шахмат, но все они - далеко не те люди, от встречи с которыми должны трястись поджилки...

- Да, у нас была довольно средняя команда. Единственное, что ее отличало - это удивительная плотность состава. Все ее игроки очень “труднопробиваемые”.

- А если пройтись по личностям?

- Много не расскажу. Майер сейчас уехал учиться в Америку, фактически бросил профессиональные шахматы. То же самое можно сказать и о Густафссоне. Даник в последнее время тоже играет не так часто, а про Бумана и сказать нечего.

- Но тогда, прости, за счет чего такой результат?!

- Думаю, вопрос психологии. Нет, не нас - наших соперников. У нас была команда, которую не так просто обыграть... Еще раз скажу, что Ян, Георг и Даник - шахматисты очень плотные, самым «неплотным» в ней был... я! Райнер в основных матчах не играл, но свою роль выполнил хорошо.

- Была у вас какая-то командная тактика в связи с этой плотностью?

- Да, она полностью оправдалась в двух последних турах, которые мы выиграли черными. То есть две белых партии тут же заканчивались вничью, а две игрались. Мы набрали по 1,5 из 2 черными - за счет этого выиграли чемпионат Европы.

- Неужели все так просто?

- Да, “так просто”!

- Кого бы ты мог назвать “забойщиком” команды? Ведь никто из вас не показал в турнире какого-то блестящего результата, не выиграл свою доску?

- Я не согласен! Двое из нас взяли 3-е место на своей доске. А если смотреть по перфомансу, то я, например, занял 7-е место среди всех участников турнира.

Удивительным образом, все в нашей сборной показали перфоманс за 2700. Да, у нас не было человека, который набил бы “+ 7” на своей доске и сметал всех, но мы все сыграли гораздо выше своего рейтинга и показали хороший результат...

- И все-таки... даже с учетом высокого индивидуального результата каждого из игроков и “плана” с отказом от белого цвета, за счет чего вы выиграли?

- Во-первых, нас в некоторой степени недооценивали. Во-вторых, впервые за все время мы поехали на турнир с тренером, нам помогал Рустам Касымжанов. Думаю, его помощь в подготовке к партиям была довольно большой. Он помог с дебютом в важных матчах. Рустам создал хорошую атмосферу в команде.

- Плюс вам, как понимаю, пару раз повезло “как первому призеру”?

- Да. Главное, что это везение пришлось как раз на два решающих матча. И если бы мы проигрывали один из них, выше пятого места не поднимались.

- До матчей с Арменией и Азербайджаном еще дойдем. Мог бы вспомнить какие-то ключевые моменты по ходу самого турнира. Надо ж было выйти на финиш!

- У нас все удачно складывалось с самого начала. На старте победили Венгрию, за ними Украину - 3,5:0.5! Это была серьезная заявка на удачное выступление.

- Расскажи, как можно взять 3,5 очка у Украины? Так, сборная России, кажется, больше 2,5 за последние лет десять у украинцев точно не брала...

- Не знаю, никаких чудес в этом матче не было. Мы просто победили по игре на всех досках. Это кажется довольно странным, потому что если брать по доскам, то их команда была гораздо сильнее нашей. Но так сложилось. Причем, если брать по партиям, ни в один момент не скажешь, что у украинцев был хоть один шанс.

- После этой победы не было какого-то “головокружения от успехов”?

- Нет, чувствовали себя спокойно. И понимали, что после такого есть шанс побороться за что-то серьезное - за пятерку, быть может, даже за тройку...

- Поражение 1:3 от Болгарии - это был “холодный душ”?

- Нет, обычный результат. Не сложилось у меня, у Майера - бывает.

- Потом были победы над Италией, над Румынией - и вот вы вышли на решающие туры. Именно тогда появилась стратегия играть только на двух досках?

- Я бы не назвал это какой-то особой стратегией. Это просто объективная оценка наших возможностей... Сделать жесткую ничью белыми мог каждый из нас, устоять черными - сложнее, но тоже можно. И мы сделали ставку на эти партии.

- Грубо говоря, играли на 2:2?

- Да, главным было - не проиграть. А там - как получится, так получится. Конечно, мы чувствовали себя явными аутсайдерами с командами Азербайджана и Армении. Старались просто поменьше давать шансов им, а дальше как повезет. Понятно, при прочих равных играть черными труднее, но и соперникам при этом играть надо куда более ответственно: когда идет полноценный матч, можно рассчитывать на большее количество досок, а когда только две партии, одна ошибка уже может стоить тебе матча.

- Исходя из этого, можно сказать, ключевой стала твоя партия с Раджабовым?

- Действительно, она проходила довольно странно. Дело в том, что я, наверное, в первый раз в жизни, играя черными, уже на 5-м ходу получил преимущество!

2003: Две звезды: Тима Раджабов и Аркадий Найдич

- Понимаешь, что произошло в этой партии?

- Я не берусь судить, в чем состояла идея Раджабова, но факт остается фактом - в этом матче мы фактически имели три белых цвета... Две партии довольно быстро завершились вничью, а мне удалось свой перевес довести до победы. Конечно, так просто все не прошло - Даник попал в критическую ситуацию с Мамедьяровым... но ему повезло, что сумел добиться ничьей. Ничья довольно симпатичная в конце.

- А решающее очко принес Майер, выиграв у Мовсесяна?

- Думаю, каждые пол-очка были в этом матче решающими. Он сложился довольно необычно. Майер, почти как я в партии с Раджабовым, получил по дебюту “минус-плюс в строчку” ходу к 12-му! Причем на двух досках к этому моменту уже стояло две ничьи, и весь вопрос заключался в том, сможет ли Саргиссян что-то придумать против Густафссона. А Ян получил по дебюту, может, на грамм похуже, для его упорного стиля сделать там ничью почти элементарно.

- Ожидание “оформления” чемпионства было очень тяжелым?

- Особенно тяжелым было ожидание Густафссона. Георг-то свою партию выиграл - у него была возможность закончить к 20-му ходу, но он дотянул до 45-го, не давая, впрочем, никаких шансов. А вот Ян за это время сумел почти проиграть. Но в конце единственными ходами все же нашел спасение, когда мы почти махнули на партию рукой. Было очень обидно: такой шанс... Ведь если бы Густафссон проиграл, то мы в итоге занимали только третье место. Азербайджан, Армения, ну а потом - мы.

- Что почувствовал в тот момент, когда Ян сумел спастись?

- О, ощущения просто супер! Думаю, это одно из самых больших моих достижений во всей шахматной карьере. Золотая медаль - всегда что-то особенное. Ну, а здесь, в момент, когда от тебя, от твоей команды практически никто ничего не ждет...

Мы выиграли чемпионат Европы. Причем назвал бы этот турнир одним из самых сильных за последние годы, в нем собрались практически все ведущие игроки.

- Как отмечали успех?

- Командой - совсем чуть-чуть. Ребята-то да. А вот Бёнш, федерация - отношения с ними довольно напряженные. Но как мы конкретно “отрывались”, не столь важно, гораздо важнее, что каждый из нас почувствовал, что он сумел сделать это!

- Что вы получили в качестве награды?

- На награждении нам дали по медали. На этом подарки закончились.

- У вас не существовало денежного бонуса за победу на чемпионате Европы?

- Если речь о федерации, то - нет, никто из нас ничего не получил. Все игроки получили небольшие гонорары за игру, однако никаких бонусов у нас не было. “Машину в студию” никто не гнал! Такого никогда не было и не будет.

- И нет желания чего-то сделать в отместку за такое отношение?

- Нет, мне все равно... Гораздо важнее внутренние ощущения от победы. Это что-то очень большое и важное, а... даст ли мне федерация за это какие-то деньги, мне откровенно наплевать. Материальные достижения важны, но тут - другое...

- Чувствовал ли ты себя лидером, вожаком этой команды?

- Я бы не сказал, чтобы вожаком команды. Безусловно, во время турнира мы все старались друг друга мотивировать. У нас нет такого, чтобы кто-то был лидером, а его все бы слушались. Касымжанов давал немало ценных советов... Перед каждым матчем мы минут на пять собирались и что-то друг другу говорили - и шли в бой.

Особенно сплоченной команда стала в тот момент, когда мы почувствовали, что у нас появился шанс сделать что-то особенное. Ситуация мотивировала сама собой... Все хотели показать максимум того, на что способны. Большего было и не надо.

- Как думаешь, если бы чемпиона определяли на большинство очков, у Германии был бы хоть один шанс обойти ведущие команды?

- В таком турнире нам было бы гораздо труднее. Хотя... как ни странно, показали не такой плохой результат по доскам, и в какой-то момент мы стояли просто на 3-м месте по количеству набранных очков. За счет победы над Украиной, думаю.

- Как считаешь, твой личный статус после чемпионата Европы изменится?

- Думаю, да. Увеличится шанс найти спонсора, попасть в сильную команду. Такой титул поможет любому, тем более, что я был не статистом, а сыграл “+ 2” на первой доске. Меня стали больше уважать простые любители, я получил много различных поздравлений от совершенно незнакомых людей. Но по большому счету это и все, жизнь идет дальше, не надо зацикливаться на одном, пусть таком результате.

- Как думаешь, на каком этапе своей шахматной карьеры ты сейчас находишься?

- Мне кажется, на такой серединке... Последние лет пять рейтинг у меня почти не меняется; с учетом инфляции он чуть-чуть растет, но все время где-то между 30-й и 50-й позицией в мировом рейтинге. Помню, я был в тридцатке с 2675, сейчас у меня - 2710-2715. Так что все без каких-то глобальных перемен в шахматной жизни.

- Хватает такого положения на хлеб с маслом?

- На хлеб с маслом безусловно. Шахматист, который входит в топ-50, жить плохо не должен. Если не сидеть на месте, это больше среднего заработка по Европе.

- Помню, еще несколько лет назад настроение насчет своей шахматной карьеры у тебя было не очень: ты чуть не вылетел из сотни, не было мотивации...

- Все-таки так плохо, чтобы вылететь из сотни, у меня никогда не было! В ту пору у меня были неудачные полгода, но... мне кажется, у каждого шахматиста время от времени бывают неприятные эпизоды в карьере. Потом все вернулось к норме.

- Пришлось что-то в себе глобально поменять, от чего-то отказаться?!

- Я бы не сказал... Чтобы что-то глобально менять, надо, чтобы что-то глобально в тебе поломалось. А я такого не чувствовал. Справился с конкретными проблемами. Могу сказать, что в последнее время я стал меньше заниматься шахматами...

- Надоело, нашел что-то новое?

- Нет, не надоело. Просто решил расширить “горизонт”. Начиная с этого года мы с Бакро, например, выпускаем раз в два месяца книжку - “Chess Evolution”.

- А остались ли... Нет, не так - есть ли - у тебя глобальные шахматные планы? Ну, грубо говоря, думаешь ли ты о том, что можно стать чемпионом мира? Или ты уже удовлетворился ролью такого “элитного середнячка” и не высовываешься?

- Если сказать по правде - нет... Чтобы постоянно быть в первой десятке, нужно, чтобы сошлось много факторов. Объективно для меня это не очень реально.

- То есть между 30-50-м шахматистом и первой десяткой - пропасть?

- Я бы не назвал это пропастью... Надо очень много работать - раз. Надо немного удачи, чтобы получить приглашения в сильные турниры - два. И надо суметь еще и воспользоваться этим шансом, если тебе его вдруг предоставят. Это сложно.

- Мотивация соизмеряется надеждой или, скажем, своей внутренней оценкой - а потянешь ли ты? А если не потянешь, то стоит ли убиваться зря? Как-то так?

- Я бы сказал, что у каждого своя мотивация. У одного это заработок, у другого - честолюбие, желание занять в каждом турнире место повыше... Если говорить обо мне, то я, конечно, попробую подняться повыше, может, даже получить интересные приглашения в турниры, ну а дальше - посмотрим. Сейчас я не ставлю перед собой какие-то глобальные цели и на титул чемпиона мира точно не замахиваюсь.

- Ты принадлежишь к числу “желанных” шахматистов, которые, набрав 2750-2760, автоматически получают приглашения в сильные турниры?

- Думаю, если набираешь 2750, в любом случае что-то получаешь... У меня никогда еще не было такого рейтинга, а поэтому мне трудно судить о своей “привлекательности” для организаторов турниров. А есть обратные примеры таких игроков?

- Да взять, хотя бы, Томашевского с его 2740!

- Он в первый раз набрал 2740, до этого у него и близко не было такого рейтинга. Если он сможет удержать свой рейтинг в следующие два года, он будет получать в год 2-3 приглашения в сильные турниры. Это почти как естественный отбор.

- То есть ни для кого двери не закрыты?

- Думаю, да. Сейчас моя первоочередная цель - подняться до первой двадцатки и ощутить это на себе. Получится - хорошо. А нет – значит, я этого недостоин.

- Но “умирать” ради этого ты не собираешься?

- Работать - да, умирать - нет... Тем более, как я говорил, у меня появляется все больше параллельных интересов помимо практической игры.

- В первую очередь, как понимаю, “Chess Evolution”?

- Да. Думаю, мы с Этьеном уверенно идем вперед. И многим наш проект нравится даже больше, чем “Информатор” или теоретические сборники “New in Chess”.

- В чем его принципиальное отличие “Эволюции” от этих изданий?

- Раз в два месяца мы выпускаем книжку, в ней собраны 50 лучших партий за эти два месяца. Отбираем партии по их значимости для текущей теории. Стараемся на своих страницах давать качественный анализ, - который мог бы быть полезен, прежде всего, активным практикам. Собираем вместе все новинки, откровения и прочее.

Думаю, наше преимущество над “Информатором” и “New in Chess” состоит в том, что наши анализы гораздо более качественные. И наш труд многие оценили.

- Как понимаю, вдвоем такой объем не потянуть. У вас есть своя “команда”?

- Да, у нас уже много сотрудников. Кроме нас с Бакро - еще пятеро постоянных, а кого-то мы привлекаем время от времени. Вся информация о проекте есть на сайте http://chess-evolution.com. Думаю, в 2012-м мы с Бакро развернемся еще шире.

- Проект коммерческий? Цены на книжки немаленькие...

- Думаю, цены адекватные. В него инвестируется столько часов работы, что в целом мы, может быть, даже немного недобираем. Но это только первый год.

- Кто “локомотив” этого проекта? Кто заведует коммерческой стороной дела?

- Мы с Бакро все делаем примерно поровну...

- Чего вам хотелось бы добиться с “Chess Evolution”? Может быть, вытеснить всю прочую теоретическую шахматную периодику?

- Так далеко мы не заглядывали... Хочется делать хороший продукт, а там видно будет. Важно, что “Chess Evolution” делают шахматисты для шахматистов.

- Есть ли у тебя другие, никак не связанные с шахматами проекты?

- Совсем не связанных с шахматами - нет. Может, когда-нибудь появятся...

- А насколько ты занятой человек? Сколько времени в день у тебя уходит - и на занятия шахматами, и на “Chess Evolution”, и на какие-то другие дела?

- Я так никогда не считал, но порой свободного времени нет вообще. Хотя, если взять занятия шахматами, то это происходит в основном на турнирах; дома я куда меньше уделяю им внимания. Мне кажется, так сейчас делает большинство.

- У тебя есть какая-то “норма” партий, которые ты играешь в год?

- Четкого числа нет. Я в последнее время в основном играю в различных лигах, ну а там все зависит от того, как договоришься... Личных турниров почти нет - никуда не зовут, сам я поиском не занимаюсь. Первая половина года относительно пуста, зато осенью и зимой, случается, играешь чуть ли не через день и в разных местах. В последние пять лет я не заметил серьезных перемен. И соперники - те же!

- Времени дома, наверное, проводишь совсем мало?

- Да, почти все время в разъездах. Но я уже привык.

- Появились ли в связи с этим какие-то привычки, новые интересы?

- Не сказал бы. Дел много, расслабляться некогда. Пожалуй, только после таких побед как в Греции стараюсь выделить немного времени на отдых...

- Тогда последний вопрос: получаешь ли ты удовольствие от такого образа жизни и чего бы хотел пожелать самому себе на ближайшую перспективу?

- Да, я очень доволен тем, как все идет. Мне по-прежнему очень нравится играть в шахматы, каждая партия - как праздник! Я играю не в “натяг”, не “на зубах” - когда я сижу за доской, то получаю удовольствие. Мне кажется, это очень-очень важно.

Очень нравится наш проект с Этьеном “Chess Evolution” - мне нравится работать над книжкой: совершенствовать, доводить “до ума”, двигаться с ней вперед...

А что пожелать?! У меня и так все есть. Вот теперь еще и чемпион Европы.

 

Фото Владимира Барского и Евгения Атарова

Наши интервью

Левон АРОНЯН
Сергей МОВСЕСЯН
Александр МОРОЗЕВИЧ
Игорь БОЛОТИНСКИЙ
Василий ИВАНЧУК
Виши АНАНД
Никита ВИТЮГОВ
Виктор КОРЧНОЙ
Василий ИВАНЧУК
Александр ХАЛИФМАН
Юрий РАЗУВАЕВ
Владислав ТКАЧЕВ и Татьяна КОСИНЦЕВА
Екатерина КОРБУТ
Руслан ПОНОМАРЕВ
Светлана МАТВЕЕВА
Сергей КАРЯКИН
Александр РОШАЛЬ
Гарри КАСПАРОВ
Юдит ПОЛГАР
Веселин ТОПАЛОВ
Вишванатан АНАНД
Веселин ТОПАЛОВ
Сильвио ДАНАИЛОВ
Александр НИКИТИН
Теймур РАДЖАБОВ
Василий ИВАНЧУК
Эмиль СУТОВСКИЙ
и другие

Параллели

Илья Одесский:
«Прошу к столу!»
«Под рождество»
«Пара хорошо начищенных ботинок»
«Ни слова о шахматах»
«Даже не лжец»
«Вступление / Топалов project»

Марк Глуховский:
«Белое и черное»
«Линарес без Каспарова»
«Просто песня»
«О роли личности»
«Умный камень»
«Особенности национального исхода»

Каспаров уходит...

Александр Никитин:
«Я зову его Дон Кихотом»

Марк Глуховский:
«Своевременный подвиг»

Михаил Савинов:
«Умерли или освободились?

Евгений Атаров:
«Реквием по мечте»

Гарри Каспаров:
«Всему есть предел!

ФИДЕ, будущее шахмат

Р.Касымжанов:
ответ на статью С.Данаилова

С.Данаилов:
«Фантазия, паранойя, реальность…»

А.Девяткин:
«Топалов. Факты и домыслы»

Г.Макропулос:
«Фиде поддерживает женские шахматы»

С.Шипов:
«Фиде против шахматисток. Игра на выживание»

Николай Власов:
«Скучно (о шахматной политике)»

Михаил Савинов:
«Ходарковский и Березовский…»

Сергей Загребельный:
«За самодостаточность шахмат!»
«Шахматисты должны играть...»

«Жизнь 'по понятиям' мы устроили себе сами!»

Михаил Голубев:
«Почему молчат россияне»

Валерий Аджиев:
«Классический чемпион Владимир Крамник... и вокруг»

Николай Власов:
«Возможны варианты» (ответ)
«Еще раз о королях и капусте…»

Константин Ланда:
«Еще один неизвестный в головоломку…»

Все материалы

 
Главная Новости Турниры Фото Мнение Энциклопедия Хит-парад Картотека Голоса Все материалы Форум