Синдаров из Узбекистана – самая «свежая» среди молодых звезд, которые зажглась в мировых шахматах в последнее время. Про трио индийских звезд Гукеша, Прагга, Эригайси и соотечественника Жавохира – Абдусатторова мы говорим уже четыре года, про Каймера, как минимум, три. А про Синдарова впервые услышали в 2022-м, когда он, еще 16-летний пацан, оказался самым молодым и ярким в составе новых олимпийских чемпионов в Ченнаи.

Следующий год Синдаров начал уже семисотником, но… показалось, не справился с ответственностью, быстро покинул клуб избранных, и вернулся в него только к началу 2025-го. Но на этот раз – уже всерьез и надолго. Его «точкой невозврата» стал турнир по Freestyle Chess в Вайссенхаусе. Туда он попал почти случайно (из-за отказа Ананда), но сразу же показал, что свято место пусто не бывает: поделил победу в рапиде, с поразительной легкостью одолев в их первой личной встрече Карлсена, а затем прошел Накамуру и только чудом не пробился в финальный матч, споткнувшись о Каруану.

После этого кривая успехов Жавохира резко пошла вверх!

Он победил в турнире в Мальмё, разделил успех в Ташкенте с Праггом и с Абдусатторовым, неожиданно оступился в большой швейцарке, но целиком реабилитировал себя в Кубке мира на Гоа… Для него, Эригайси, Каймера, Абдусатторова и еще десятка элитных гроссмейстеров это был последний шанс пройти в цикл первенства мира 2026 года. Но если другие фавориты один за одним расставались с надеждами, узбекистанец упорно шел к цели, и не остановился даже когда, главная цель – путевка в претенденты – была у него уже в кармане, и стал победителем сверхпрестижного турнира.

– Для начала, поздравления с великолепным годом, который завершился для тебя победой на Кубке мира и попаданием в турнир претендентов!

– Спасибо. Рад, что удалось добиться настолько серьезных успехов, и что оправдал ожидания тех, кто в меня верил и переживал за меня.

– Давай тогда начнем с тех, благодаря кому твои успехи стали возможны. Расскажи немного о своей семье. Кто твои родители, есть ли у тебя братья и сестры? Кто научил тебя играть и при каких обстоятельствах? Сколько тебе тогда было лет и как оценивали твои способности учителя?

– Мои родители никогда не имели ничего общего с шахматами – так, папа занимался бизнесом, мама работала учителем в школе. У нас большая семья, у меня есть еще три брата. Я самый старший. В шахматы меня научил играть дедушка, мне тогда было 4,5 годика. Через какое-то время повел меня уже в шахматный клуб в Ташкенте. Тренерам я сразу понравился: оценили память, работоспособность и стремление, сказали, что у меня большой талант.

Фото: М.Емельянова

– В какой момент ты сам понял, что тебе хочется стать шахматистом?

– Когда начал выигрывать свои первые турниры в городе, понял, что хочу быть шахматистом. Мне это очень нравилось… Надо сказать, что успехов в юном возрасте было много, это подталкивало, хотелось выиграть еще!

– Был ли у тебя в детстве шахматный кумир, сохранил ли преданность ему до сих пор? Много ли ты занимался, нравилось ли тебе это?

– Мне всегда нравился стиль Карлсена и Каспарова, эти двое были моими кумирами, я до сих пор обожаю их партии. Много ли я занимался? Можно было бы и больше, но… я не хотел просидеть все детство за шахматами.

– Тебя частенько называли «юный гений». Как ты относился, когда слышал такое про себя, помогало ли это продвигаться вверх или, наоборот, мешало, раздражало. Как ты сам в ту пору оценивал себя?

– Ну, еще в самых ранних возрастах я выиграл много турниров: в городе, в Азии, на мире. Наверное, для таких заголовков были причины, люди считали меня суперталантом. Но меня это особо не волновало, у меня была цель, и я к ней постепенно шел. Какая? Считал, что у меня достаточный талант, чтобы достичь больших успехов. Важно, что ты сделал, а не то, что мог.

– Ты сравнительно мало играл в юношеских турнирах. Ранний переход во взрослые шахматы был для тебя сознательным выбором? Не кажется тебе, что детские титулы не нужны, только сбивают всех с толку? Это доказывали и индийцы поколения Гукеша, узбекские шахматисты, ну а сейчас 12-летний Оро, который играет на равных с приличными гроссмейстерами…

– Да, я стал гроссмейстером в раннем возрасте (в 12 лет, 10 месяцев и 8 дней, на тот момент второй результат в истории, уступив только Карякину – прим. Е.А.) и довольно быстро бросил играть в детских шахматах. Однако я считаю, что детские шахматы и детские титулы, конечно, нужны… Ведь не всем удается выйти на высокий уровень в столь юном возрасте. Но если ты достиг силы мастера, тем более гросса, перерос уровень этих турниров, ты ставишь большие цели, надо заканчивать играть в детских турнирах.

– Помогало ли тебе, а может, наоборот, помешало то, что перед тобой было несколько талантливых ребят в Узбекистане: Якуббоев, потом Абдусатторов, который быстро выбился в лидеры сперва дома, а потом и в мире…

– Всегда хорошо, когда есть конкуренция – сразу видно, кто чего добился, что смог. Начинаешь тянуться, стараться повторить, превзойти. Я рад, что у нас в стране такая высокая конкуренция, это только мотивировало!

– Сравнивал ли ты себя когда-нибудь с Нодирбеком, были его результаты ориентиром для тебя?! Что чувствовал, когда удавалось превосходить его? Ваши стили игры ведь совсем разные – поправь, если не так…

– Абдусатторов на год старше меня (он родился в 2004 году, Синдаров – в 2005-м – прим. Е.А.), в детстве я часто мысленно сравнивал себя с ним. Но со временем перестал замечать это. У него свой путь, у меня – свой. При этом я всегда радовался его успехам. Мы в команде вообще все дружные.

– А как ощущаешь себя сейчас, когда обошел его и стал первым игроком из Узбекистана, который отобрался в турнир претендентов? Абдусатторов упустил много шансов в 2025 году, Якуббоев – в последний момент.

– Не чувствую ничего необычного. Думаю, каждый из нас заслужил честь сыграть в этом турнире, но удача улыбнулась именно мне. Цикл первенства мира сложный, возможностей попасть в претенденты несколько… Надеюсь, в будущем все втроем, а может, подтянется и еще кто-то из наших, завоюем право сыграть в нем. Если честно, мне хотелось бы однажды увидеть двух узбеков в матче на первенство мира! (Улыбается.)

– Какой свой результат до победы в Кубке мира в классические шахматы ты поставил бы на первое место и почему?

– Считаю, у меня много успехов, которые можно считать достойными, но в прошедшем году их было особенно много. (Улыбается). Запомнился турнир в Ташкенте UzchessCup, это был супертурнир с средним рейтингом выше 2720. Поделить в нем 1-3-е места (с Прагнанандхой и Абдусатторовым – прим. Е.А.) – показатель серьезного уровня, это добавило мне уверенности в себе.

– С каким настроением ехал на Кубок мира? Было какое-то предчувствие, что сыграешь на Гоа хорошо? Как ты формулировал задачу себе: попасть в топ-16, топ-8 или всерьез рассчитывал выйти в претенденты?

– Поскольку в том году поставил перед собой цель – выйти в претенденты, вопроса, какую цель ставить, у меня не было… Это был последний шанс, и я старался выложиться по максимуму. В итоге даже немного «перестарался» и выиграл турнир! Конечно, я не ожидал от себя победы, но в некоторые дни у меня появилась уверенность, что смогу спокойно побороться за нее!

Фото: М. Валуша

– Есть ли объяснение столь неудачной игры практически всех фаворитов? Они буквально все вылетали из борьбы один за другим…

– Честно говоря, сейчас игроки уровня 2600+ играют значительно лучше, чем раньше. Всего-то за две партии определить, кто сильней, очень трудно, поэтому, наверное, и произошло такое количество сенсаций.

– Многие игроки, тот же Непомнящий, оправдывали свой провал плохими условиями размещения. Что, действительно все было так плохо?!

– Непо совершенно прав. Я считаю, что он высказался справедливо. Мое мнение: спортсмен не должен привыкать жить и играть «в любых условиях», особенно шахматист. Невозможно требовать хорошего результата, когда ты не можешь ни нормально спать, ни качественно питаться… Лично для меня проблема была только с едой – без мяса было нелегко (улыбается).

– В какой момент ты почувствовал, что можно замахнуться на место в топ-3? Какой матч (до полуфинала) удался больше всего, а какой проходил труднее всего? Как удалось справиться с этими проблемами, как отдыхал?

– После матча с Юй Янъи (4-й раунд, Синдаров победил в рапиде – 2,5-1,5 – прим. Е.А.) я понял, что смогу переиграть любого соперника. Для меня он был «китайской стеной» (до Кубка мира Жавохир еще ни разу не побеждал китайца, он проиграл ему на олимпиаде в Будапеште-2024 – прим. Е.А.), но после этого был четко уверен в себе! Честно, не ожидал, что проиграю свою единственную партию в турнире Мартинесу (в классику Синдаров показал результат +3=11, в рапид +5–1=4 – прим. Е.А), но он проводил невероятный турнир, а поэтому я, наверное, недооценил его игру… Я старался в каждой партии играть по возможности спокойно, – и мне это помогло.

– Какие были ощущения, когда в 1/2 финала в рапиде прошел Якуббоева – попал в финал и, соответственно, в претенденты?

– Прежде всего, конечно, облегчение: главную задачу на год я выполнил! А дальше уже думал о том, как мне хорошо сыграть в финале.

– Удалось ли избавиться от ощущения «ненужности» финала, собраться и все-таки вырвать Кубок мира у Вэй И?

– Поначалу было тяжело заставить себя готовиться к партиям, но потом я понял, что далеко не каждый день играешь финал, поэтому постарался тоже по максимуму вложиться в этот матч, – и это помогло победить!

– Кто первым поздравил тебя с победой в Кубке мира и чье поздравление было получить приятнее всего?

– Меня поздравило очень много людей… В первую очередь, конечно, было приятно получить поздравления от семьи и от дедушки. Я был рад видеть его счастье, ведь во многом благодаря его усилиям достиг таких высот.

– После победы на шахматной олимпиаде на членов сборной Узбекистана пролился настоящий золотой дождь: квартиры, машины, всенародная слава.

– На Родине меня встретили как героя. Это было очень приятно. Но долгих празднований не вышло, нет времени – впереди следующие турниры.

Фото: Федерация шахмат Узбекистана

– Понятно, рано об этом спрашивать, но как ты собираешься формировать свой тренерский штаб, вести подготовку к турниру претендентов? Может ли в твой штаб войти кто-то из участников сборной Узбекистана?

– Оставлю это без комментариев (смеется). Скажу только одно – работы в преддверии турнира претендентов-2026 предстоит немало.

– Что тебе больше всего нравится в шахматах: как в творческом плане, так и в спортивном? Ты можешь с удовольствием вспоминать о партии, которую хорошо провел, но проиграл из-за какой-то глупой ошибки?

– В детстве мне больше нравились тактика, жертвы, а сейчас больше ценю «чистую» игру, в которой находятся тонкие идеи. Что касается творчества, то содержание партии для меня важнее, чем результат. Случается, ты играешь невероятно сильно, но совершаешь зевок в цейтноте и проигрываешь – для меня такие партии не теряют своей ценности… Хотя больше всего я получаю удовольствие, когда удается сыграть чистую партию от начала до конца. Но от ошибок никто не застрахован, это нормально, на них мы учимся.

– Не кажется ли тебе, что творческий элемент в игре стали ценить меньше, чем раньше – всем нужны только победы и занятые места!

– Нет, красота игры по-прежнему ценится достаточно высоко. Особенно у профессионалов. Не случайно, что всем так нравится Freestyle Chess.

– Как в этой связи ты оцениваешь их популяризацию Карлсеном?

– По правде сказать, Freestyle Chess – это самое лучшее, что у нас есть. Я не шучу! Без теории, без зубрежки… Возможно многие любители скажут, что это неинтересно, непонятно. Ну, а нам весело! Все, кто играют в турнирах по шахматам Фишера, получают настоящий кайф: вместо того, чтобы провести по 4-5 часов за подготовкой к партии, ты просто отдыхаешь, гуляешь, спишь, а за 10 минут до начала приходишь в зал, видишь позицию и играешь. Здесь все в равных условиях. Я надеюсь, что будущее за этой игрой!

– Есть какая-то разница между «фристайлом» и обычными шахматами? И можешь ли объяснить, почему у тебя так хорошо получается?

– Разница в дебюте, конечно. Фигуры стоят на необычных позициях, и игра начинается с первых же ходов. Борьба невероятно насыщенная.

– Но почему у кого-то, как у тебя, получается, а у кого-то – нет?

– Сложный вопрос. Могу говорить только за себя. Мне нравится «находить ответы» с первых же ходов партии, наверное, поэтому и получается.

– Ты почти случайно попал на первый этап Grand Slam в январе 2025 года, но произвел на нем настоящий фурор… Помнишь ли свои ощущения от игры: от уверенной победы над Магнусом, от плей-офф, где тебе совсем чуть-чуть не хватило до выхода в финал. Было ли у тебя чувство, что попал в какой-то другой мир, в клуб избранных, в котором ты оказался не чужим!?

– Перед тем турниром я играл в отборе очень сильно и почти вышел. Был драматический матч против Федосеева, в котором я в конце концов уступил. Не попал в главный турнир, но не расстроился – у меня были другие цели, а это было чисто для фана… Но потом отказался Ананд, и меня неожиданно в него пригласили. Я подумал, как здорово – такой шанс выпадает не каждый день, – и играл с большим воодушевлением. В итоге удалось сделать все то, что вы перечислили, и получить большую уверенность на будущее!

Фото: Л.Отес

– Придавало ли дополнительных сил соперничество с Абдусатторовым? И кто из вас сильнее во Freestyle Chess?

– Да нет! Нодир тоже очень сильный в эту игру, а одна партия, понятно, не может ничего решить. Мне было интересно с ним побороться.

– Как я понимаю, 99% твоего времени занято шахматами… Получается ли у тебя жить обычной жизнью – общаться с семьей, встречаться с друзьями, учиться в школе/институте, наконец. Не напрягает ли внимание?

– Я люблю шахматы, но не забываю и об обычной жизни. У меня есть свои интересы и хобби, есть друзья и семья. Я всему нахожу время.

– Что тебя интересует больше всего кроме шахматной карьеры?

– Мне нравятся разные вещи – книги, музыка. Но особенно я люблю кино, стараюсь смотреть самое интересное без опоздания. Но, наверное, больше всего люблю смотреть футбол. Обожаю. Я большой фанат «Барсы»!

– Смотришь ли ты какие-то шахматные стримы, кого именно?

– Шахматные стримы я стараюсь не смотреть, соответственно, у меня нет любимого шахматного канала или стримера, за которым слежу.

– Каким ты видишь свое будущее через 3-5-10 лет? Будет ли это зависеть от того, станешь ли ты чемпионом мира? Кстати, хочешь/мечтаешь ли стать первым шахматистом мира? Что готов отдать, чтобы сделать это?

– Я хочу быть сильным шахматистом и, конечно, хочу побороться за титул. Как далеко я смотрю? Наверное, на 3-5 лет, не дальше. Мне нравится жизнь шахматиста: работа, игра, соперничество, путешествия, новые места, люди. Поэтому, пока не надоест, буду жить именно так! (Смеется).