понедельник, 27.02.2017
Расписание:
RSS LIVE КОНТАКТЫ
Гран-при, Шарджа17.02
Aeroflot Open20.02

Голоса

Владимир НЕЙШТАДТ

ГРЭМ МИТЧЕЛЛ: БЕЗ ВИНЫ ВИНОВАТЫЙ?

Даже в ряду шахматистов с необычными судьбами его имя стоит особняком. Англичанин Грэм Митчелл - единственный из многочисленной рати мастеров древнейшей игры, дослужившийся до высокого чина в другой древнейшей профессии, представителей которой называют "бойцами невидимого фронта". Кроме того, на пике своей служебной карьеры он стал одним из главных подозреваемых в скандальном деле о советских агентах-"кротах", проникших на высшие этажи британских спецслужб…

В сентябре 1945 года из советского посольства в Оттаве дал деру шифровальщик Игорь Гузенко. Канадские власти укрыли его на территории специальной военной школы на северном берегу озера Онтарио, где он начал сдавать одного за другим агентов канадской резидентуры Главного разведывательного управления (в структуре которого перебежчик до этого и состоял). Гузенко дал наводку на двух агентов ГРУ под кодовым именем "Элли", работавших у англичан. Одного, точнее, одну "Элли" вскоре заграбастали: Кэтрин Уилшер, заместителя архивариуса в бюро по учету документов посольства Великобритании в Канаде.

По второй наводке - искать надо было "Элли" мужского пола (несмотря на женский псевдоним), занимавшего не последний пост то ли в пятом МИ (пятый отдел МИ-6 - СИС - английская разведка), то ли в МИ-5 (аналог российской ФСБ).

Всего Гузенко заложил более 20 советских агентов: госслужащих, военных специалистов… Это побудило специальный комитет Кабинета Министров Великобритании под председательством премьер-министра разработать процедуру проверки госслужащих на предмет их лояльности. В качестве консультанта спецкомитетом был привлечен ведущий сотрудник МИ-5 Грэм Митчелл. Как пишет Филипп Найтли в книге "Шпионы XX века", благодаря его, Митчелла, умеренности, методы проверки английских госслужащих "существенно отличались от методов, которые использовал в США сенатор Маккарти. В Америке было уволено 9,5 тысячи госслужащих и еще 15 тысяч подали в отставку. В Англии подозреваемые без всякого шума переводились на менее важные с точки зрения государственной безопасности посты…"

Пройдут годы, и в числе подозреваемых окажется сам Митчелл, и это был уже как бы второй тур охоты на таинственного "Элли". На этот раз спусковым механизмом послужило бегство Анатолия Голицына, сотрудника резидентуры КГБ в Хельсинки, улизнувшего в США, и исчезновение из Бейрута опального высокопоставленного работника СИС Кима Филби.

На допросах (или беседах) в ЦРУ Голицын утверждал, что агентов КГБ в английских спецслужбах действовало как минимум пять. Трое - Берджесс, Маклин и Филби бежали в СССР. В качестве "четвертого человека" подозревался Блант, бывший офицер МИ-5, дальний родственник королевы. Прибыв в Лондон, Голицын тут же обозначил "пятого" - замдиректора МИ-5 Грэма Митчелла. Молодые следователи-контрразведчики МИ-5 и МИ-6 (получившие в этих таинственных организациях прозвище "младотурки"), не мешкая установили за ним слежку.

"В кабинете Митчелла, - пишет Дэвид Уайз (ведущий американский писатель, специализирующийся на теме шпионажа и разведки) в своей книге "Охота на кротов", - установили скрытую телевизионную камеру и аппаратуру подслушивания и в течение ряда недель вели за ним наблюдение. Как подозреваемому, Митчеллу было присвоено кодовое название "Питерс". По ходу расследования Артур Мартин, занимавший в Англии пост, эквивалентный посту Энглтона (руководившего отделом контрразведки в ЦРУ. - В.Н.), прилетел в Вашингтон, чтобы согласовать с коллегами из ЦРУ и ФБР действия МИ-5 по поиску советских агентов.

Бывший высокопоставленный сотрудник американской разведки, пишет далее Уайз, так говорит о встречах с Мартином: "Когда Артур приехал, все переговоры с ним были засекречены. Он предпочитал встречи и переговоры только один на один. В то время они анализировали поведение Грэма Митчелла, который находился под наблюдением. Митчелл иногда сидел за столом, положив голову на руки. Артур полагал, что это говорит о его принадлежности к шпионам, так как, очевидно, Митчелл сидел и думал: "Боже мой, они узнали обо мне". А он просто любил немного вздремнуть после обеда!"

Одновременно "младотурки" подозревали в двойной игре и самого директора МИ-5 сэра Роджера Холлиса. Митчелл и Холлис дружили, что называется, домами, и никто иной, как Митчелл, сыграл важнейшую роль в шахматной карьере сына Холлиса, Адриана.

В 1981 году в Оксфорде вышла книга "British chess", сборник автобиографий британских шахматистов-обладателей международных званий (предисловие к этой книге написал М.Ботвинник). И вот что пишет там о себе Адриан Холлис: "Я родился 2 августа 1940 г., обучался в Итоне и христианской церкви в Оксфорде и сейчас преподаю классическую литературу в Киба Колледж, Оксфорд. Я выучил шахматные ходы в достаточно взрослом возрасте, в 13 лет, с помощью двоюродного брата (вероятно, отец Адриана Роджер Холлис в шахматы не играл. - В.Н.), из которого, кстати, мог бы получиться отличный шахматист, если бы его не соблазнили философия и головоломки… Я порядочно преуспел, выиграв чемпионаты Британских университетов, Западной Англии и Восточной Шотландии; высоким достижением моей игры была серия Всемирных студенческих олимпиад с 1960 по 1964 гг., проходивших в таких гламурных местах, как Ленинград, Хельсинки, Марианске-Лазне, Будва и Краков. Самое лучшее мое выступление - в Будве (1963), где можно было каждый день купаться в Адриатике, и где я выиграл золотую медаль на 1-й доске (7,5 из 9), правда, Англия там не прошла в топ-финал…

С 1964 г. я решил, что отныне "серьезными" шахматами для меня будет игра по переписке, а игра "через доску" - просто как приятное развлечение в компании. Заочные шахматы открыл для меня в 1955 году коллега моего отца международный мастер Грэм Митчелл (выделено мной. - В.Н.), перед которым я в неоплатном долгу за то терпение и доброту, что он проявлял во время игр со мной, за те отеческие увещевания, к которым ему приходилось прибегать, когда я терял интерес к ухудшающейся позиции… Мой переход на игру по почте был вызван рядом факторов: надвигающийся переезд в Шотландию, где шахматы "через доску" были развиты в меньшей степени, расстройство от тех ситуаций, когда я портил выгодные позиции, ошибаясь из-за нехватки времени, и, с другой стороны, я чувствовал, что игра по переписке уживется с моим академическим темпераментом…"

Ужилась, еще как ужилась! Грэм Митчелл имел все основания гордиться своим учеником: в 1965-1966, 1966-1967 и 1970-1971 гг. Адриан выигрывает заочные чемпионаты Британии, он прекрасно играет на командных чемпионатах мира ИКЧФ (в 1972-1977 гг. - 1-й результат на 2-й доске), побеждает в международном турнире памяти секретаря Британской федерации шахмат Р.Поттера (1974-1976), что дает ему звание гроссмейстера-"переписочника"!

Теперь откроем книгу "Brirish chess" на тех страницах, где о себе рассказывает Митчелл: "Успех, который я имел в шахматах, был главным образом достигнут в игре по переписке. Событием, которое подтолкнуло меня к этому занятию, была война, а окончательно я определился, какой вид шахматной игры предпочесть, в 1942 году. К тому времени мне, рожденному в ноябре 1905-го, было 36, и я уже был убежденным любителем этой игры. Я играл еще ребенком… мой отец обучил меня ходам, когда мне было 4 года; играл в подготовительной школе и в Винчестере; играл несколько в ущерб чтению современных умных книг, когда был в Оксфорде, с 1924 по 1927 годы. В трех матчах против Кембриджа в 1925, 1926 и 1927-м дважды выиграл и один раз сыграл вничью".

Вспоминая молодость, Митчелл мог бы похвалиться, как он прекрасно играл и в гольф, выступал за команду университета в соревнованиях по гребле, был великолепным теннисистом (в 1930-м победил в чемпионате Королевского клуба) и яхтсменом. И это при том, что Грэм страдал от полиомиелита, из-за приступов которого он заметно хромал! В 1928-м он приезжает в Лондон, где устраивается редактором в "Иллюстрейтед Лондон Ньюс". Продолжает заниматься шахматами. Но бессистемно и без особых успехов. Когда началась война, его признали негодным к военной службе, с ноября 39-го он - в штате МИ-5, вероятно, по протекции сэра Джозефа Болла, влиятельного человека в кругах спецслужб. Свою службу в контрразведке Митчелл начал с отдела по борьбе с "внутренними врагами", который тогда возглавлял Роджер Холлис (Филби в своих мемуарах не без удивления пишет, что Холлис пришел в МИ-5 из англо-американской табачной компании, из ее представительства в Китае). Конкретно, Грэм присматривал за поднявшими голову фашистскими организациями. И именно Митчелл собрал такое досье на фюрера английских наци Мосли, что того засадили за решетку. Когда Холлис пошел на повышение, его место начальника отдела занял Митчелл. В 1952-м Грэма перебрасывают на самый сложный участок - борьба со шпионажем, а четыре года спустя он становится заместителем Холлиса, возглавившего МИ-5.

Но вернемся к шахматной стезе Митчелла. В "British chess" он самокритично написал, что особого божьего дара у него не наблюдалось, поэтому и турнирного рвения он по молодости не проявлял. Но осенью 1942-го он "остро затосковал" по шахматам - и начал играть по переписке. Почему от "нормальных" шахмат Митчелл перешел к заочным - это он объясняет гораздо более философски, чем Адриан Холлис: "Игру можно рассматривать как науку, как форму искусства или как борьбу. Позволим тем, кто, как Эмануил Ласкер считают шахматы некой интеллектуальной вольной борьбой, наслаждаться стрессами турниров и матчей "через доску". Но позволим также тем, для кого шахматы главным образом - поиск истины (каким бы неидеальным в их исполнении он ни был), для кого это нечто отдаленно и скромно сравнимое с литературой, музыкой и живописью - позволим им продолжать свои исследования в тиши кабинетов или, расслабившись, в домашнем кресле. Там они могут работать, с некоторой надеждой открыть подлинные истины сложных позиций, над их детальным анализом, не боясь испортить все одной оплошностью из-за недостатка времени или чрезмерного возбуждения. Там у них есть возможность творить лучшие шахматы, на которые они способны, и даже за недостатком таланта время от времени предоставлять игру, равную по ценности мастерской игре "через доску".

И Митчелл такую игру "представлял", он дважды завоевывает "серебро" заочных чемпионатов Британии (в 1944-1945 и 1945-1946 гг.), что дает ему право сыграть в 1-м чемпионате мира в игре по переписке. Как известно, идея проводить такие чемпионаты в свое время была высказана Александром Алехиным еще в 1936-м. Однако воплотилась она только после 2-й мировой войны, причем ни один представитель шахматной сверхдержавы - СССР, в 1-м заочном чемпионате мира не играл. "Из-за страха буржуазной заразы", - иронично высказывается по этому поводу Митчелл. А может, для него-то это было и к лучшему? Состоял бы в переписке с советскими участниками - значит, дал бы лишний повод "младотуркам" зачислить его в "кроты"…

Первый мировой чемпионат, как и последующие девять, проходил в два этапа. В 1947-1950 гг. - предварительные сражения в 11 группах, по 7 человек в каждой. В 1950-1953 гг. - финальный турнир, в который Митчелл пробился без особых усилий. В своей группе он разделил 1-2 места со шведом Харальдом Мальмреном, сыграв с ним вничью и победив в остальных партиях. Первым чемпионом мира стал австралиец Сесил Пурди с 10 очками из 13. Митчелл поделил 5-6 места с австрийцем Л.Ватцлем, причем Пурди он в личной встрече обыграл. Англичанин также "снял скальпы" с О.Барда (Норвегия), доктора Балога (Венгрия), Дж. Коллинса (США), доктора Э.Адама (Западная Германия) и И.Вио (Франция). По итогам чемпионата, Митчелл стал первым британским мастером-международником в игре по переписке!

А дальше, пишет он, "становилось все сложнее и сложнее находить время для участия в соревнованиях, так как моя работа становилась все напряженнее (напомним, в эти годы он возглавляет отдел МИ-5 по борьбе со шпионажем). К тому же с середины 50-х и в последующем меня начали отправлять в пятинедельные загранкомандировки почти каждую зиму… Не считая сезон 1960-1961, я прекратил заниматься шахматами по переписке вплоть до ухода в отставку…"

О причинах своей отставки Митчелл понятно, не пишет, а она была вынужденной. "Младотурки" пристали к нему как банный лист. Было создано совместное, с представительством как МИ-6, так и МИ-5 подразделение под диковинным названием "Комитет беглости" ("флоуэнси коммити") во главе с Артуром Мартином. Сотрудники этого комитета из кожи лезли, стремясь доказать, что или отставник Митчелл, или их собственный шеф Холлис - советские шпионы. Митчелла не раз вытаскивали из его имения в Шерингтоне (небольшой поселок в 80-90 километрах к северу от Лондона) и терзали допросами на конспиративных квартирах… Просуществовав пять лет, "коммити" приказал долго жить, хотя у него несомненно имелись сильные покровители в коридорах власти (а иначе как бы "младотурки" копали под Холлиса и Митчелла еще до их отставки?)

Уже и после смерти Митчелла появляются публикации наподобие статьи (в сентябре 1988-го) Джорджа Карвера, в которой он утверждает: "Если в самом деле существовал "пятый человек" (в знаменитой кембриджской пятерке. - В.Н.), то круг кандидатов, имевший необходимый доступ к секретной информации - по своему рангу, очень мал". Это могли быть, считает Карвер, Гай Лиделл (заместитель директора МИ-5 с 1947-го до ухода в отставку в 1952-м), Роджер Холлис, Грэм Митчелл. Будто бы именно Митчеллом был составлен очевидно лживый и ошибочный доклад по поводу предательства Берджеса - Маклина. Основываясь на этом документе, Гарольд Макмиллан даровал Филби то, что последний называл лучшим днем своей жизни - публичное заявление о невиновности Филби в Палате Общин. В резюме, которое помогал составлять Митчелл, было заявлено, что Филби не был третьим человеком, если таковой вообще имел место быть".

Но то, что пишет Карвер о Митчелле, может быть и домыслами, которых черт те сколько накручено рьяным охотником на русских агентов Артуром Мартином сотоварищи. Почему-то Карвер даже не упоминает Кернкросса, хотя тот еще в 64-м признался (когда его сдал Блант), что он, Кернкросс, был советским агентом (и в действительности - "пятым человеком").

Роджер Холлис,
бывший директор МИ-5

Холлиса выперли на пенсию почти вслед за Митчеллом - в 1965-м. Восемь лет спустя бедняга - экс-директор, ровесник Митчелла, скоропостижно умер от апоплексического удара. В 1981-м премьер-министр Маргарет Тетчер объявила парламенту: баста, Холлис не мог быть "кротом"! В защиту Митчелла "железная леди" не сказала ни слова. Его фотографии нет в книгах о МИ-5. Не потому ли, что он так и остался подозреваемым - как "крот"?

Грэм был, несомненно, человеком сильной воли, решительно опровергал все обвинения в предательстве, оставляя вопрос о личности великого шпиона КГБ ("Элли" или какого другого), если таковой действительно скрывался за личиной сотрудника МИ-5, нерешенным.

…В 1934-м Митчелл женился на Элеоноре Патрисии, дочери Джеймса Маршалла Робертсона. У них родились сын и дочь. Высокий, сутулый, по обыкновению - в темных очках, Митчелл любил одиночество (что, собственно, свойственно людям его профессии), любил, поудобней расположившись в кресле, разгадывать шахматные задачки и кроссворды в газете "Таймс". В 1963-м вернулся к своему прежнему увлечению, играл в Кубке Эберхардта Вильгельма (командное первенство Европы), в чемпионатах Британии. Но результаты показывает хуже, чем в 40-е годы, нет того боевого настроя. Драма жизни не смогла не сказаться.

Тезку Митчелла (и коллегу по тайному фронту) Грэма Грина "под занавес" не раз доставали вопросом, не сильно ли он переживает по поводу того, что не стал нобелевским лауреатом. И как-то у гроссмейстера прозы вырвалось: "Мне мало этой награды". "Какой же вы хотите?" - удивился интервьюер. "Смерти".

Возможно, и Митчелл в тяжелом для него "эндшпиле" желал скорее получить эту награду… Охотники на "кротов" не оставляли его в покое до последнего. Когда он был уже на смертном одре, к нему подослали автора книг о британских спецслужбах Оллейсона (пишущего под псевдонимом Найджел Уэст), чтобы все же вырвать у старика признание в том, что русским агентом был он, а не Холлис. Но Митчелл вновь все отрицал… Он умер 19 ноября 1984 года в своем доме. В некрологе о нем, опубликованном "Таймс", сэр Дик Уайт написал, что публичные нападки со стороны "младотурок" Митчелл встречал с достоинством и великодушием.

Играл он так:

Лорд - Митчелл
Чемпионат Британии по переписке 1944-1945 гг.
Защита Каро-Канн

1.e4 c6 2.d4 d5 3.Nc3 dxe4 4.Nxe4 Bf5 5.Ng3 Bg6 6.Nf3 Nd7 7.Bd3 e6 8.0-0 Ngf6 9.b3 Qc7 10.Bb2 0-0-0 11.c4 Bd6 12.Qe2 Bxd3 13.Qxd3 h5! 14.Rfd1 c5 15.Qe2 h4 16.Nf1 Nh5 17.Ne5 Ndf6 18.a3 Nf4 19.Qe3 g5 20.b4 Bxe5 21.dxe5 Qc6! 22.f3 Ng4! 23.Qe1 cxb4 24.axb4 Qb6+ 25.c5

25…Qxb4! 26.Ba3 [26.Qxb4 Ne2+ 27.Kh1 Nf2#] 26...Rxd1 27.Bxb4 Rxa1! 28.Qe4 Rd8 29.c6 Rdd1? [29...Rxf1+ 30.Kxf1 Rd1+ 31.Be1 Nd3-+] 30.cxb7+ Kd7

31.b8N+? [31.Be1! Rxe1 32.Qd4+ Nd5 33.Qxa1! Rxa1 34.b8Q Nge3 35.Qd6+] 31...Kd8 32.Be7+ Kxe7 33.Qb4+ Ke8 34.Qb5+ Kf8 35.fxg4 Nd3 0-1

Митчелл - Райли
Турнир по переписке 1964-1965 гг.
Сицилианская защита

1.e4 c5 2.Nf3 d6 3.d4 cxd4 4.Nxd4 Nf6 5.Nc3 a6 6.Bg5 e6 7.f4 Qb6 8.Qd2 Qxb2 9.Rb1 Qa3 10.e5 dxe5 11.fxe5 Nfd7 12.Bc4 Bb4 13.Rb3 Qa5 14.a3 Bc5 [14...Qxe5+] 15.Bxe6 Bxd4 [15...fxe6 16.Nxe6+- Nxe5 17.Nxg7+ Kf7 18.Rf1+ Kxg7 19.Bh6+ Kg8 20.Qd5+] 16.Bxd7+ Nxd7 17.Qxd4 0-0 18.0-0 Nxe5? [18...Qxe5 19.Qxe5 Nxe5; 18...Nc5!?] 19.Ne4 Be6 20.Rg3! Kh8 [20...Ng6 21.Bh6! gxh6 22.Nf6+ Kh8 23.Rxg6! (23.Nh5+? Qe5) 23...hxg6 24.Nh5+ f6 25.Rxf6+-] 21.Nf6 Ng6 22.Bh6! Rfd8? [22...Rg8 23.Nxg8 Rxg8 24.Bd2+/-]

23.Rxg6! (Четыре белых фигуры - под боем! Ай да Митчелл!) 23…fxg6 [23...hxg6 24.Qh4!] 24.Bxg7+ [24.Ne8!] 24...Kxg7 25.Ne8+ Kh6 26.Qf4+ [26.Qf4+ Qg5 27.Qf8+ Kh5 28.Nf6+ Kh4 (28...Qxf6 29.Qxf6) 29.Qb4+] 1-0

Все материалы

Александр Кабаков:
«Там, где кончается игра»


С древнейших времен - возможно, с тех, которые принято называть доисторическими, поскольку мы о них ничего не знаем - люди придавали огромное, символическое значение цвету.

Владимир Нейштадт: «...без вины виноватый?»


Англичанин Грэм Митчелл - единственный из многочисленной рати мастеров древнейшей игры, дослужившийся до высокого чина в другой древнейшей профессии...

Фотошок. Реставрация реальности


Евгений Потемкин, широко известный в наших кругах создатель е-рейтинга, фотомастер... и реставратор реальности. Полюбуйтесь...

Лев Аннинский:
«Ходы и годы»


Мне и в голову не приходило осмыслять решения в терминах шахмат. Хотя "ходы" знал с детства. Отсутствовал главный стимул: победа.

Александр Кабаков:
«До и после первой крови»


Делились считалкой или по жребию, назывались еще "немцами" и "нашими" - холодная война шла вовсю, но подростки в политическую актуальность не вдавались.

Василий Аксенов:
«Победа»


Рассказ "Победа" появился в журнале "Юность" в 1965 году. А написан был в Дубултах, на Рижском взморье, где в советское время находился так называемый Дом творчества писателей.

Ст.Семенов:
«Что такое фарт?»


Все шахматисты помнят, конечно, что А.Е. Карпов с первой попытки выиграл претендентский цикл - межзональный, затем последовательно матчи с Полугаевским, Спасским и Корчным и был провозглашён чемпионом мира. Но как Карпов попал в первый этап цикла - в межзональный?

Борис Задворный:
«Володя»


Мне давно хотелось написать о Владимире Сергеевиче Тарасевиче, ведь сейчас, когда прошло чуть ли не двадцать лет после его смерти, помнят о нем только шахматисты старшего поколения, а в 60-ых и 70-ых годах он был одной из интересных фигур московской шахматной жизни.

Старый Семен:
«Люди сада «Эрмитаж»


Когда-то поиграть блиц в Москве было проблемой. В ЦШК, например, часы выдавали только избранным. Да и в других клубах получить инвентарь было трудно. Летом спасали парки. Два самых популярных места были "Сокольники" и "Эрмитаж".

Все материалы

 
Главная Новости Турниры Фото Мнение Энциклопедия Хит-парад Картотека Голоса Все материалы Форум