четверг, 21.09.2017
Расписание:
RSS LIVE КОНТАКТЫ
Остров Мэн23.09
Клубный Кубок Европы07.10
Командный чемпионат Европы27.10

Энциклопедия

Владимир НЕЙШТАДТ

Что ни судьба, то трагедия (часть 13)


(Продолжение. Часть 12)

«ВЫ ЗНАКОМЫ С ЭТИМ ШАХМАТИСТОМ-ТЕОРЕТИКОМ?
ЭТО ЖЕ ГЕНИЙ!»

В автобиографическом романе Анастасии Ивановны Цветаевой «AMOR» (писавшемся «на Дальнем Востоке, в зоне, в часы отдыха, после десятичасового рабочего дня») есть глава «Искушение юностью», которую ваш покорный слуга читал, упиваясь каждой строкой!
Завязка. К главной героине романа по имени Ника приходит «кем-то присланный» юноша, двумя годами старше ее сына Сережи (тому был уже девятнадцатый год).
«Юноша долго снимал калоши и что-то силился произнести, пока она поняла, что он – заика, и увидела его: поднятый на нее взгляд был смел, умен, радостен, и в нем ликовал заплетающийся, как заикание, рвущийся к преодолению юмор: молчанье первой встречи, которое сейчас, вот сейчас, оно же не может иначе! он, слишком много слышав о ней, знает – все сейчас перейдет в дружбу! Взгляд был голубой, лицо узкое, рот – девствен? детский? – и в комнате, от рукопожатия, стало весело, они засмеялись, он рассказал о себе: шахматист, теоретик. Живет с мамой и теткой, мама – друг, тетка? смешная она! Она же не понимает его, а – старается воспитать – и они снова смеются. Волосы у него сзади подстрижены (тетка велела), спереди – высоко надо лбом, густо и пышно, гребень не проберет, русые. Волнистые. Он пишет стихи.
– Маяковского любите?
Оно вылетает через судорожность заикания, повелительно.
– Ну, еще бы!
Он презирает стихи – все эти, ну, понимаете? Понимает! Через час кажется, что он никогда не выходил от нее, тут родился… Когда он ушел под утро, все не попадая в калоши и ужасно над этим смеясь (а соседи спят, надо тихо, а он не может), она знала, что жизнь ей прислала такого друга – а был ли такой? Обожает ее, каждое слово – предчувствует. Все похоже! Непонятно – 36, 20! Стало волшебно жить…
Женя из семьи материнской, художника, знаменитого, русского, по отцу еврей. С отцом давно врозь. Отца Женя чтит, мать – любит. Мать и тетка – революционерки. Их, детей, было двое: Дима и он, Женя, девять и восемь лет им было, когда мать, тетка и они – шла война – в красном поезде – рельсы через лед переставили – должны были в обход врага переехать замерзшую реку… Могли провалиться под лед. Но мальчики знали, что – (Дима сказал Жене) – мы будем живы! Мы умереть не должны! Значит, спасутся все!
И поезд прошел через лед. Но с той ночи Женя стал заикаться. Двенадцати лет умер Дима. Женя один с тех пор. В день смерти ездят к нему на могилу…(Померкнув, он замолчал. Смотрел потерявшимся взглядом). Ника попросила сказать стихи. Заулыбался – и стал заикаться. Стихи были странные «боль-быль», бредово-филологические…».
Да, вот так – годами ищешь хоть какие-то сведения о загадочном Жене Сомове в подшивках отечественной шахматной прессы далеких 20-30-х годов, а сведения эти, оказывается, можно почерпнуть в изданной фактически в наше время – в 1991-м, великолепной автобиографической прозе великой Женщины Анастасии Цветаевой!..
«Женя вошел к Нике – домой, ходил с ней всюду, день за днем, месяц за месяцем. Сережа, поудивившись, привык. Он жалел Женю и уважал за непонятливость его и за шахматы. Вскоре, постаравшись понять, восхитилась и Ника: он в четырнадцать лет получил первую категорию с буквой «А»! Из Германии он принес ей открытку тех лет. «Многоуважаемый мастер» – писали ему о его этюде – (он их печатал), хоть мастером не был тогда. Он не любит играть: ведь играть можно сразу с двадцатью и с пятьюдесятью, с одним – неинтересно. Этюды, да! В них он и живет. Есть поэзия в шахматах, есть проза. Он – теоретик, поэт. (Нет, не надо, пожалуйста, ни к кому, кто увлекается шахматами!). Не к шахматистам пойдемте, куда хотите, я с вами всюду пойду!
Несколько раз увидела его за шахматами (и к кому же было вести его, чтоб понять, как не к тем, кто слыл – шахматистом, из знакомых?). Это дополняло веру в него. Один их них, на ее рассказ о нем:
– Вы знакомы с этим шахматистом-теоретиком? Это же гений!».

Анастасия Цветаева, 1927 год (фото: Феодосийский музей Марины и Анастасии Цветаевых).

Когда «Женя вошел к Нике – домой»? Это где-то 1930-й год – если исходить из указанной ею арифметики возраста: «Непонятно, 36, 20!». А на тот момент наш герой, согласно колоссальной этюдной базе ван дер Хейдена, один лишь раз опубликовался в Германии, в журнале, издававшемся рабочим шахматным союзом этой страны и рассылавшемся бесплатно. Вот, собственно, мы и вычислили, о каком этюде Жени упоминает Ника!

№1
Е.Сомов-Насимович
Deutsche Arbeiter-Schachzeitung, 1928 г.

Ничья

1.Ne2 c1Q 2.Nxc1 Bxh7 3.Kd7 Bf5 4.Kxc6 Bxe6 5.Nd3! Nxd3 – пат.

Далеко не самый искрометный этюд у друга Ники, да еще аж целых три «побочки»: 1.Nc5+, 1.Nxc2, 1.Bxc2.

Но, надо полагать, коллега из Германии возвел Женю в ранг «многоуважаемого мастера» не за этот опус, а с учетом всего того, что уже было опубликовано юным москвичом к той поре. А к 1928-му он ведь имел на своем счету уже немало подлинно мастерских этюдов – к примеру, отмеченный первым призом в «64» – с эффектной новаторской патовой концовкой (№4 в 3-й части нашего повествования), или вот нижеследующий из того же конкурса:

№2
Е.Сомов-Насимович
«64», 1927
Похвальный отзыв

Выигрыш

1.Qa4+ Kc5 (1...Kc3 2.Qa1+ Kd3 3.Ne5+) 2.Qa7+ Kd5 3.Ne3+ Ke5 4.Qg7+ Kf4! Вот на что уповали черные – их ферзь неприкосновенен из-за красивого пата – в случае 5.Qxd4 – со связкой коня в центре доски! Прозаичное 4...Nf6 – это бездарный проигрыш: 5.Kg6 Qd8 6.Nc4+ и 7.Qxf6.

5.Ng2+! Разрушая сопернику патовое убежище, после 5...fxg2 уже возможно 6.Qxd4 c последующим выигрышем новоиспеченного неприятельского ферзя: 6...g1Q 7.Qe3+ Ke5 8.f4+ или этак – 7...Kg4 8.f3+.

Своеобразная разработка темы вскрытого нападения, а это тогда была «коронка» самого Леонида Ивановича Куббеля!

Кстати, со стопроцентной вероятностью можно определить – кто прислал ту открытку из Германии юному «многоуважаемому мастеру», которую он с гордостью продемонстрировал героине романа «AMOR»…

Артур Клинке. «Словарь шахматиста» (Л, 1929): «Современный немецкий проблемист, …редактирует задачный и этюдный отдел в журн. «Deutsche Arbeiter-Schachzeitung», один из руководителей Германского рабочего шахматного союза».

О самом этом союзе «Словарь» сообщает, что члены ГРШС, стоящего на платформе классовой борьбы, не могут состоять членами буржуазных организаций и участвовать в турнирах, организуемых буржуазными клубами. По этой причине ГРШС не входил в состав Германского шахматного союза, старейшей из национальных шах. федераций, которую возглавлял тогда Вальтер Робинов. И ГРШС и ГШС были ликвидированы пришедшими к власти в Германии нацистами, тогда же был закрыт журнал «Deutsche Arbeiter-Schachzeitung». Вместо ГШС появился «Шахматный союз Великой Германии»…

Мерзляковский переулок, где Евгений Сомов-Насимович бывал не раз; в этом переулке много лет по соседству жили Анастасия Ивановна Цветаева – "Ника" (в доме №18, кв. 8) и Елизавета Яковлевна Эфрон (№16, кв. 27), у которой в 1939-м Евгений и познакомился с Мариной Цветаевой, вернувшейся в Москву из Парижа. Этот снимок примерно 1947 года с пометкой "источник: семейный архив" помещен на сайте "Фото старой Москвы"

Развязка «Искушения юностью»:
«Под гипнозом ее материнства, трезвея», Женя стал все реже бывать у Ники.
Но поскольку, как завершает Анастасия Ивановна эту главу, героиня романа не порвала окончательно отношения с гениальным шахматистом-теоретиком – «они встречались», то, может, несколько лет спустя была посвящена Женей в его грандиозный успех на крупнейшем международном конкурсе во Франции. Наверное, он тогда просто светился от счастья, заняв к тому же 4-ю строчку (с 92 очками) в рейтинге советских этюдистов, – а ими ведь восхищался сам Алехин! По итогам международных конкурсов 1936-37 годов Женя уступал только Николаю Григорьеву (гений пешечного этюда лидировал со 156 очками), Александру Гербстману (132) и Тиграну Горгиеву (126)…
Два премированных в Париже этюда Сомова не преминули опубликовать «Шахматы в СССР», назвав его в редакционной врезке «наш даровитый композитор»:

№3
Е.Сомов-Насимович
«La Strategie», 1936 г.
2-й приз

Выигрыш

1.Rg3 a3 2.Ng6+ Kf7 3.Ne5+ Ke6 4.Nc4 a2 5.Rg1 Bb1 6.Na3 a1Q 7.Rxb1 Qa2 – едва появившись на свет, черный ферзь тут же угодил в капкан! Теперь белый король спокойно забирает пешку b7 и поспевает на f3 – аккурат в тот момент, когда его визави скушает белого пехотинца h2.

Жаль, но белые могут пойти и другим путем:

1.Ng6+! Bxg6 (1...Kg7 2.Ne5 a3 3.bxa3 b2 4.Rg3+ Kf6 5.Nd7+ Kf5 6.Rg1) 2.Kb6! , и черным ничего не светит:

a) 2...Bc2 3.Rh8+ Kg7 4.Ra8 ;

b) 2...a3 3.Rxb3 axb2 4.Rxb2 Kg7 (4...Be4 5.Rb4 Bc6 6.Rg4) 5.Kxb7 ;

c) 2...Kg7 3.Ka5 Be8 4.Re3 Bc6 5.Rc3 Be8 6.Rc8 ;

d) 2...Be8 3.Kxb7 Bg6 4.Kb6 Kg7 5.Ka5 Be8 6.Rh4 ;

e) 2...Be4 3.Rh4 ;

f) 2...Bf7 3.Rh4 Be8 4.Kxb7.

№4
Е.Сомов-Насимович
La Strategia, 1936 г.
3-й приз

Выигрыш

1.Rf2 Bc4 2.a6 Bxa6 3.Ra2+ Kb5 4.Ka7 Bc8 5.Rb2+ Kc6 6.Rb8 Kd7 7.Rxc8 Kxc8 8.Bxe6#.

Побочку в №3 я воспроизвел по базе ван дер Хейдена, нашел ли сей дефект основной составитель «Советского шахматного этюда» (М., 1955 г.) Марк Либуркин – мне неизвестно. Но №3, как, впрочем, и №4 Марк Савельевич, взыскательнейший художник, в подборку Сомова в знаменитой антологии не включил, отобрав и прокомментировав для нее еще один этюд Евгения из того же французского конкурса.

№5
Е.Сомов-Насимович
La Strategia, 1936 г.
Специальный приз

Ничья

« 1.Kd7! (1.Kc7? Nf7! 2.Bxf7 Rxa7+ , и выигрывают) 1...Nb7 2.Bg8! (Кажется, активнее 2.Bd5? , что ошибочно из-за 2...Rxa7 3.Kc7 Na5+ 4.Kb6 Re7 5.Kxa5 Re5 , и выигрывают) 2...Rxa7 3.Kc7 Na5+ 4.Kb6 Ra8 5.Kb5! (Ошибочно 5.Bd5? Rd8! 6.Bg8 Nb3! 7.Bxb3 Rb8+ , и выигрывают) 5...Nb7 6.Kc6 Nd8+ 7.Kd7! (Снова нельзя 7.Kc7? Nf7! 8.Bxf7 Ra7+ , и выигрывают) 7...Nb7 8.Kc6 – ничья. Если 7...Rb8, то 8.Kc7 Ra8 9.Kd7! и т. д.

Оригинальная позиция вечного нападения короля на ладью и коня черных».

Эта находка мгновенно вызвала творческий отклик коллег. И каких!

№6
А.Троицкий
«64», 1936 г.
1-й похвальный отзыв
Посвящается М.Ботвиннику

Ничья

1.Bg8 Kf6 2.h7 Kg7 3.Kb5! (Привязывая ладью к защите коня, поспешное 3.h5 на руку черным: 3...Re7 4.h6+ Kh8 5.Kb6 Nb7 6.Bd5 Nd8. Проигрывает и 3.Kb6 Ra8 4.Kb5 Kh8 5.h5 Kg7 6.h6+ Kh8) 3...Ra8 4.h5 Nb7 5.h6+! (Самый раз шахнуть пешечкой и загнать неприятельского короля в угол, а если сразу 5.Kc6, то 5...Nd8+ 6.Kd7 Nf7 7.h6+ Nxh6) 5...Kh8 6.Kc6 и т.д.

Во-первых, Алексей Алексеевич оформил идею в форме миниатюры, во-вторых – оживил черного короля и зажавших его в углу белых пехотинцев…

№7
В.Гальберштадт
Конкурс, посвященный III Московскому международному турниру 1936 г.
2-й приз

Ход черных, ничья

1...Nh7+! 2.gxh7 Rd8+ 3.Kf7! (Поспешать надо медленно! Нельзя сразу 3.Ke7? Nxb7 и черные побеждают, поскольку в цугцванг угодили белые) 3...Nxb7 4.Ke7 (А вот теперь в цугцванге черные, а точнее – на доске взаимный цугцванг) 4...Ra8 5.Kd7 Rxa7 6.Kc7 и т. д.

Интересно, какая из этих двух разработок его идеи Евгению Сомову понравилась больше? Мне кажется, что №7 – с темпоходом белого короля (3.Kf7!), существенным новшеством в первой фазе этюда. Кстати, 26-летний москвич нашел, как нормализовать задание в этюде маститого французского композитора, – чтоб начинали белые.

№8

Ничья

1.a7 Bb7 2.cxb7 и т. д.

И, может, Евгений написал об этой "нормализации" парижанину Гальберштадту, для которого русский оставался родным языком...

Виталий Гальберштадт (1903-1967) родился в Одессе, после гражданской войны семья эмигрировала во Францию. Был сильным шахматистом-практиком (выигрывал чемпионат Парижа), с 1924-го сочинил более 200 этюдов, 19 из них – в Альбоме ФИДЕ; большую часть творческого наследия Гальберштадта составляют миниатюры (с числом фигур не более 7) аналитического склада, и как раз одна из таких миниатюр и завоевала 1-й приз на конкурсе «La Strategia»-1936, оттеснив на 2 и 3 призовые места этюды Жени Сомова.

В ту же пору Евгений опубликовал этюд, над необычным замыслом которого он работал в течение четырех лет!

№9
Е.Сомов-Насимович
«Шахматы в СССР», 1936 г.

Ничья

Примечания тогдашнего редактора отдела композиции в журнале Ростислава Александрова, в войну перебежавшего к немцам:

« 1.Ba4+ Kc1 2.Bb3 (Зажимая противника. Если 2.Kxe2? , то 2...Rxb2+ с выигрышем) 2...Rxb2 (Если 2...f4 , то 3.Be5) 3.Bh6+ Kb1 4.Bg7! (Позиция черных как будто несколько улучшилась, но на самом деле они скованы) 4...f4 (Грозя не 5...Ne3? 6.Rxe3= , a 5...Kc1! с неизбежным Rxb3) 5.Be5! (Чтобы после Kс1 с шахом уничтожить пешку и вернуться назад) 5...Ne3 6.Rxe3 fxe3. Центральный вариант решения. По аналогии с пятым ходом напрашивается 7.Bd4 c той же мотивировкой – с шахом уничтожить пешку и вернуться обратно. На самом деле слон может пойти на любое поле по главной диагонали, но только не на d4! В случае 7.Bd4? следует 7...Kc1 8.Bxe3+ (Вынуждено, так как белым не хватает темпа; на 8.Bc3 следует 8...Qb1!) 8...Kb1! (Король возвращается, заставив белых взять пешку) 9.Bd4 Rxb3 10.Bxa1 Re3! и выигрывают, что стало возможным вследствие того, что белые, побив пешку, освободили поле е3 для ладьи. Поэтому на седьмом ходу белые играют 7.Bc3 (f6,g7,h8) 7...Kc1 8.Bd4! (Препятствуя Qb1) 8...Rxa2 9.Bxa1 Rxa1 10.Kxe2 и после 10...Ra7 11.Bc4 Re7 белые имеют теоретическую ничью. Прекрасно разработанный этюд».

ВСЕ СОАВТОРЫ – РАССТРЕЛЯНЫ

На нескольких страничках вышедшего в 1927 году в Ленинграде 1-го номера сборника «Задачи и этюды» был помещен подробный «Обзор деятельности Всесоюзного Объединения любителей задач и этюдов». Из этой публикации следовало, что в целом ряде городов страны (Москва, Ленинград, Киев, Ростов-на-Дону…) созданы как бы филиалы ВОЛЗиЭ, и что, например, Московская группа была образована «к началу лета прошлого года. На состоявшемся тогда организационном собрании было избрано бюро из 3 лиц в составе Левмана С.С. (предс.), Барулина М.М. (секр.) и Гуляева А.П. (библиотекарь)».

Одни из первых советских мастеров по композиции Михаил Барулин (сверху) и Александр Гуляев, будущий профессор-металлург и двукратный чемпион СССР. Фото из сборников «Задачи и Этюды»

Далее в обзоре говорилось, что бюро «основой своей деятельности избрало устройство докладов. Доклады эти, несмотря на то, что темы их были, в большинстве случаев, узко-специальные, привлекали всегда значительное количество слушателей…Устраиваемые после докладов конкурсы решений задач также проходили всегда с большим оживлением. Всего до настоящего времени было проведено 8 таких собраний, из которых 4 были посвящены задачному творчеству и 4 этюдному».

Центральный Дом работников просвещения (Леонтьевский переулок, 4), где в одном из помещений начиная с 1927-го проводились собрания Московской группы шахматных композиторов Всесоюзного объединения любителей задач и этюдов, ликвидированного в 1930-м в связи с арестом руководителя объединения Л.Залкинда.

Можно предположить, что Евгений Сомов присутствовал как на задачных собраниях, так и на этюдных, ведь от «ордена» проблемистов он отпочкуется через несколько лет. И скорее всего, именно на этих собраниях в Леонтьевском он познакомился со своими будущими соавторами – Петром Муссури, Сергеем Каминером, Павлом Неунывако…
Первые коллективные задачи Евгения с Петром и Павлом увидели свет в 1928-м.

№10 П.Муссури, Е.Сомов «64», 1928 г.

(Евгений тогда публиковался под фамилией матери, двойную фамилию взял, видимо, в начале 30-х)

Мат в два хода

1.Rg5! – связывая черную пешку. Теперь ферзь грозит матом на е4, подхватывая оба свободных поля, имеющихся у черного короля. Если король поспешит занять эти поля, ему все равно от белого ферзя не уйти – 1...Kc6 2.Qxc5 , 1...Kc4 2.Qxd3#. Популярная в ту пору тема самосвязывания. Дополнительно: 1...Qc4 2.Rxf5#.

Внештатный сотрудник «64» Петр Степанович Муссури проживал по адресу ул. 3-я Миусская, дом 4-А, кв. 5. Согласно спискам жертв политических репрессий, здесь же проживали его брат Николай и мать Анна Петровна. Подробности трагедии этой семьи в годы Большого террора я изложил в 1-й части повествования «Страсть и военная тайна гроссмейстера Ройбена Файна». Приговор по 1-й категории в отношении Петра (год рождения – 1911-й) был приведен в исполнение 1 августа 37-го, Анна Петровна, работавшая массажисткой-косметичкой, расстреляна 31 июля 38-го. Ее младший сын Николай (1919 года рождения), учащийся учебного комбината Дзержинского района, был осужден по 2-й категории. Он также сочинял задачи, хотя, конечно, и не так успешно, как Петр. Так, в числе участников, не получивших отличие на 3-м конкурсе двухходовок "Задач и этюдов" за 1928 год, наряду с будущими знаменитыми композиторами А.Гуляевым и В.Шифом упоминается и Н.С.Муссури (Москва)... Выжил ли Николай в лагерях - неизвестно...

Петр Муссури – фото из «Мартиролога»

И вот еще что – по составу семьи Муссури. В 4-м выпуске «ЗиЭ» был опубликован следующий этюд главного героя нашего рассказа:

№11
Е.Сомов, 1928 г.

Ничья

Теперь заглянем в 5-й выпуск, где приводится решение №11:

« 1.Nc5! f2 2.Ne4+ Kg6 3.Nxf2 exf2 4.Kg2 Bb7+ (3-й и 4-й ходы допускают перестановку) 5.Kxf2 Bxa8 6.Kg3 Kh5! 7.h4 gxh4+ 8.Kh3 B- пат. Этот оригинальный этюд содержит еще скрытый ложный след (указанный только Б.С.Муссури), на который набрели почти все решавшие: 1.Nc3? Bb7! 2.Rf8+ Kg6 3.Rxf3 e2!! 4.Nxe2 Bxf3+ 5.Kg1 Bxe2 6.Kf2 Ba6 7.Kg3 Kh5 и выигрывают».

Но почему Б.С.Муссури, а не П.С. (Петр Степанович)? Может, опечатка? Нo ниже на этой же страничке 5-го выпуска читаем: «В конкурсе решений по отделу этюдов I, II и III призы делят Г.Каспарян (будущий великий этюдист – В.Н.), В.Лебедев и Б.Муссури (по 4 очка)». Сомнений нет, у Анны Петровны был еще один сын (Борис?), прекрасно решавший шахматные композиции. Как сложилась его судьба, был ли он арестован вместе с другими членами семьи или позже, был ли арестован вообще? В списках жертв политических репрессий, отображенных в инете, Б.С.Муссури не значится…

Если с Петром Евгений работал только над двухходовками, то с Павлом Неунывако они однажды выдали такую вот симпатичную трехходовочку с правильными матами в главных вариантах:

№12
П.Неунывако, Е.Сомов
«Шахматный листок», 1928 г.
4-й приз

1.g3! – грозит 2.Qd7+ Ke5 3.Ng4#. 1...Ke5 2.f4+ Kd6 3.Qd7# , 1...e6 2.Nxc4+ Kd5 3.fxe4# , 2...Ke7 3.Qh4# – самый красивый мат! 1...Be6 2.Qh6 и 3.Qf4#.

В начале 1928-го, когда Павел учился на последнем курсе военной Академии имени М.Фрунзе, состоялось торжественное открытие Дома Советской Армии, обосновавшегося в здании бывшего института благородных девиц (дом №2 на Суворовской площади).

В главном очаге армейской культуры, естественно, была предусмотрена и шахматная комната, где, я так думаю, и встречались Неунывако с Сомовым, чтоб поколдовать над очередной совместной задаченцией. И, вероятно, в этой же шахматной комнате ЦДКА Павел обмозговывал опусы на пару с еще одним композитором…

№13
Б.В.Круглов, П.Е.Неунывако
«64», 1928 г.
3-4 призы

Мат в два хода

1.Ng6! – угрожая срубить слона на f4, и этот ход есть не что иное, как мат. Ударившись в бега, незадачливый слон всякий раз накликивает на голову своего короля беду: 1...Bg3 2.Qxg4# , 1...Be5 2.Qxe5# , 1...Bd6 2.Qd5# , 1...Bc7 2.Qxe7# .

Кто же он – этот соавтор Неунывако? В старых подшивках шахматной периодики есть еще одна их совместная задача, а также и несколько задач, составленных этим загадочным для истории отечественной композиции человеком индивидуально. Все увидели свет не позднее 1928 года. При публикации нижеследующей занятной двухходовочки городом проживания ее автора указана Москва.

№14
Б.В.Круглов
«64», 1928 (июнь)

Мат в 2 хода

1.Ba8! с угрозой 2.Qb7# – тема прокладки пути.

На «Б.В.Круглов» Википедия выдает персоналию… военачальника Бориса Викторовича Круглова, в Гражданскую занимавшего пост повыше, чем его ровесник Неунывако (оба 1897 года рождения); будущий автор «прелестного этюда» был командиром полка, Круглов же командовал бригадой в составе 51-й стрелковой дивизии. Отличился в боях в Северной Таврии на берегах Днепра, за успешные действия против выдвинувшихся из Крыма войск Врангеля был награжден Орденом Красного Знамени РСФСР. И у меня практически нет сомнений, что за годы учебы в военной Академии герой Гражданской войны Круглов и отдал дань сочинительству шахматных задач под влиянием другого героя Гражданской (и своего сокурсника?) Неунывако…

Комбриг Круглов после 1928-го – отбыв из столицы к месту прохождения дальнейшей службы в рядах РККА на Дальний Восток, в центральной шахматной прессе вроде не публиковался.

Сочинял «в стол», поскольку не мог печататься по соображениям секретности или чтобы не вызвать нареканий высшего начальства? Мол, нашел время, неся службу на высоких командирских постах в приграничье, когда японская военщина все сильнее бряцает оружием! Но в журналах и газетах конца 20-30-х, может, еще отыщутся задачи Круглова, сочиненные им самим или на пару с Неунывако, а может, и с Сомовым-Насимовичем, с которым они наверняка встречались на собраниях Московской группы Всесоюзного объединения любителей ребусов на шахматной доске…
Последняя должность прославленного комбрига – комендант важного Благовещенского укрепрайона. 17 мая 1937-го был арестован, 29 августа того же года – расстрелян.
Еще одного шахматного композитора из числа боевых пролетарских командиров – Неунывако арестуют 11 апреля следующего года, но приговор приведут в исполнение лишь 7 февраля 1940-го.

Павел Неунывако – фото из «Мартиролога»

Они могли оказаться в одной из общих камер тюрьмы на Лубянке – Павел Неунывако и Сергей Каминер…
И вот сам ли Евгений Сомов отказался вести этюдную рубрику в «64» после ареста Каминера, или был отлучен от нее редколлегией Всесоюзной шахматной газеты, решившей на всякий случай подстраховаться? «Органы», полагаю, в этом не поучаствовали… Иначе он не смог бы вскоре перейти на аналогичную внештатную должность в «Шахматах в СССР», что, заметим, никак не афишировалось. Евгений стал как бы теневым ведущим этюдного раздела журнала…

Последней статьей Евгения в центральной шахматной прессе стал его судейский отчет в №1 «Шахмат в СССР» за 1941 год

А ниже страничка из последнего предвоенного номера «Шахмат в СССР» (июньского), она была посвящена 75-летию отца современного этюда.

Так совпало, что в последние мирные дни рокового 41-го Евгений встретился на журнальной полосе со своим преемником – Либуркин возглавит этюдный раздел «Шахмат в СССР» в победном 45-м…
И вот как много лет спустя Марк Савельевич прокомментировал последний предвоенный этюд своего собрата по композиторскому искусству, находясь почти уже на смертном одре…

№15
Е.Сомов-Насимович

Выигрыш

« 1.b7 Rb8 2.Ba7 Rxb7 3.Bd4+! (Если сразу 3.Nxb7? , то 3...Nb5! с ничьей, так как слону недоступно поле d4.) 3...Ke6 4.Nxb7 Na2 (Черные должны потерять фигуру, но они хотят взамен забрать последнюю пешку белых. Теперь на 4...Nb5 последовало бы 5.Bxb2 , и выигрывают.) 5.Nc5+ Kd6 (На другое отступление короля выигрывает 6.Kxb2 Nxb4 7.Bc3) 6.Kb1!! (Грубой ошибкой было бы 6.Kxb2? Nxb4 , и белые в цугцванге. Если, например, 7.Kc3 , то 7...Na2+ 8.Kc2 a3! с ничьей) 6...Nxb4 (Иначе белые легко выигрывают) 7.Kxb2! Сейчас в цугцванге находятся черные, и они теряют последнего коня: 7...a3+ 8.Kb3 или 7...Kc7 (е7) 8.Bc3 , и выигрывают – «Советский шахматный этюд».

Последняя публикация героя нашего повествования – два прекрасных этюда (пусть в одном из них Евгений и неверно оценил сложную в ту далеко докомпьютерную пору теоретическую позицию) в бюллетене 2-го военного чемпионата Москвы, посвященные победителю этого чемпионата гроссмейстеру Василию Смыслову (см. 7-ю часть нашего повествования).
Концовка известнейшей критической статьи Гурвича «Шахматная поэзия» из «Советского шахматного этюда»: «Невознаградимой утратой является для нас гибель за годы войны таких сильных и неповторимых талантов, как А.Селецкий, Е.Сомов-Насимович и совсем еще молодой Б.Севитов. Наконец, совсем недавно безвременно скончался, находясь в полном расцвете сил, один из самых выдающихся мастеров современного этюда и вдохновенный шахматный художник – М. Либуркин».
Мой учитель Александр Петрович Кузнецов предполагал, что это со слов Либуркина в легендарной антологии была указана дата гибели Сомова-Насимовича – 1942-й. Из области предположений: Марк и Евгений виделись на торжественном закрытии 22-го чемпионата столицы, состоявшемся 4 декабря 42-го в Центральном Московском шахматном клубе на Мархлевского. А затем один из них пропал из поля зрения друзей и знакомых, в результате чего они и решили, что Евгений в те дни погиб… Только почему, как утверждается и в Википедии, «погиб при обороне Москвы», ведь к тому времени немцев далеко отогнали от столицы …

ЖИЛ В ЭТЮДАХ ДО ПОСЛЕДНЕГО ВЗДОХА?

Поиски в сети какой-либо дополнительной информации о Сомове-Насимовиче однажды вывели меня на виртуальный длинный перечень «Умершие в Казанской специализированной психиатрической больнице с 1940 по 1970 гг.» и там я прочел:
«…1371. Сомов-Насимович Евгений Николаевич, г.р. 1910, г. Москва, жил там же, рабочий, ф-ка «Дукат», русский, 58-10, ч.2, кем ОСО 19.5.43, арест 28.02.43, приг. напр. на принудительное лечение, умер 22.07.44, фото+дело 17639».
Из «Искушения юностью»:
«Она увидела его другими глазами. Входящая в ее тон с ним проза – озадачивала его.
– Вы с мамой, живя на ее труд, поступаете неблагородно. В школе вы не учились из-за заиканья. Хорошо. Сдали экзамены. Но с тех пор сели на шею двум рабочим старухам – и погоняете. Нет, не погоняете: едите их еду, носите их одежду. Еще покупаете книги на их бедные денежки!.. Вы – лентяй. Вы – должник безответственный… У мамы опять был сердечный припадок – и вы не ударяете пальцем о палец, чтобы приносить домой деньги! Если мама умрет – кто даст вам хоть пять рублей на ваше барство, кому вы нужны?
Женя слушал, сжимая губы и морща лоб, – и поступил на курсы корректоров. Он их окончил, стал корректором и стал носить матери триста рублей в месяц».
Стал работать корректором – где? В 7-й части нашего рассказа я процитировал то, что известный литературовед, ныне покойная Руфь Вальбе писала о профессии «поэта Жени»: «Местом его службы было издательство «Известия»… Так – и в 7-томном собрании сочинений Марины Цветаевой, и в Википедии…
И вот по «месту службы», выходит – несовпадение с вышеприведенной выпиской из дела 17639.


Один из фирменных магазинов табачной фабрики «Дукат», а 5-этажное здание самой фабрики находилось в переулке Тверской-Ямской (с 1964-го – улица Ярослава Гашека).

Но в остальном-то все совпало – редкая двойная фамилия, имя-отчество, год рождения, проживал в Москве!
Я связался с сотрудником сайта, обнародовавшего «списки умерших…», и узнав, что дело Сомова-Насимовича находится в архиве Информационного центра МВД по Республике Татарстан, тут же пообщался по электронке с проживающим в Казани заслуженным мастером спорта Татарстана Леонидом Ярошем. В шахматном мире он хорошо известен как проблемист, первым в мире реализовавший фантастически трудный таск Бабсона (взаимные идентичные превращения 1 белой и 1 черной пешек во все фигуры) в ортодоксальной задаче. Эта рекордная знаменитая четырехходовка казанского мастера удостоена 1-го приза конкурса «Шахмат в СССР» в 1983-м, поделила 1-2 места на 17-м чемпионате СССР. Рассчитывая на композиторскую солидарность, попросил Леонида Владимировича поставить и свою подпись под письмом руководству республиканского МВД и передать это прошение в приемную ведомства. Леонид мгновенно откликнулся – «Давайте текст письма!». Текст у меня уже был заготовлен, а какая в нем излагалась просьба – поймете из последовавшего вскоре ответа (от 12.12.12. №5/ Я-2) Информационного центра; по получении Леонид в тот же день переслал его мне.

«Уважаемый Леонид Владимирович!
Ваше обращение о разрешении на ознакомление шахматной общественности с судьбой Сомова-Насимовича Е.Н. Информационным центром МВД по Республике Татарстан рассмотрено.
Сообщаю, что по сведениям Информационного центра МВД по Республике Татарстан Сомов-Насимович Евгений Николаевич, 1910 г.р., уроженец Москвы, проживал там же, являлся рабочим фабрики «Дукат», был арестован 28.02.1943 г., осужден особым Совещанием Народного Комиссариата Внутренних дел СССР от 19.05.1943 г. по статье 58-10 ч. 2 (пропаганда или агитация, содержащие призыв к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти или к совершению отдельных контрреволюционных преступлений при массовых волнениях, или с использованием религиозных или национальных предрассудков масс, или в военной обстановке, или в местностях, объявленных на военном положении) Уголовного Кодекса Российской Социалистической Федерации Союзных Республик, направлен на принудительное лечение в Казанскую психиатрическую больницу, где умер 22.07.1944 г.
В части, касающейся вопроса о получении копий документов из архивного личного дела Сомова-Насимовича Е.Н. для ознакомления шахматной общественности России, разъясняю, что согласно статье 11 Закона РФ от 18.10.1991 г. «О реабилитации жертв политических репрессий», реабилитированные лица и их наследники имеют право на ознакомление и получение копий документов непроцессуального характера из прекращенных уголовных и административных дел, а также на получение сохранившихся в делах фотографий и других личных документов. Из указанных выше документов в личном деле Сомова-Насимовича Е.Н. имеется только фотография.
Врио начальника А.Л.Тянулина».

Так все-таки, умерший в Казанской психбольнице Е.Н.Сомов-Насимович – это и есть один из основоположников отечественной шахматной композиции? В письме из ИЦ, согласитесь, нет ответа на этот вопрос. И потом – если я правильно понял, в письме идет речь о Сомове-Насимовиче как о «реабилитированном лице»… Но если он реабилитирован – то когда, дата реабилитации?
«Из указанных выше документов в личном деле имеется только фотография». Но если бы еще удалось ее сравнить – чтоб отбросить вообще все сомнения! – с фотографией Евгения, опубликованной в 7-й части и присланной мне цветаеведом из Санкт-Петербурга Екатериной Лубянниковой… А ей эту уникальную фотографию, стоит напомнить, в свое время подарила Анастасия Ивановна Цветаева.

Почему во всех шахматных (и не только) изданиях указывалось, что Евгений Сомов-Насимович погиб в 1942-м – эта загадка, видимо, неразрешима...
Обращаемся к уважаемому руководству Информационного центра МВД Татарстана: сверьте, пожалуйста, это фото с фотографией, имеющейся в деле 17639 – чтоб уже исключить все сомнения...

Хотел бы поблагодарить Екатерину Ивановну и за ее письма с новыми ценными сведениями о герое нашего рассказа:
«Е.Н.Сомов-Насимович родился 15 апреля 1910 г. по нов. стилю в Петербурге. Женя был вторым сыном Нины Ивановны от Насимовича. Их старший сын Михаил (в романе «AMOR» – Дима) умер в возрасте 10 лет. Неизвестно, был ли брак родителей зарегистрирован (хотя тогда венчались), у ссыльных могло получиться как угодно. Позже родители расстались («были в разводе» – по словам друга Е.Н.), и Женю воспитывали две женщины, мать и ее сестра Валентина Ивановна. Кстати, они были двоюродными сестрами художника Константина Сомова… Жили они на Метростроевской, Нина Ивановна умерла в мае 1940-го. Женя был со странностями, случались приступы эпилепсии… Со слов Анастасии Ивановны (устно мне) он умер в заключении на руках Л.Ф.Волкова-Ланнита. Последний был соседом по дому Анастасии Ивановны на Б.Спасской ул., д. 8. В свои приезды к Анастасии Ивановне в Москву я стремилась повидаться с Леонидом Филипповичем, чтобы расспросить его о последних днях Евгения, но он был уже тяжело болен и встретиться с ним так и не удалось»…

«Леонид Филиппович Волков-Ланнит, родился в 1903 г., г. Стерлитамак, журналист.
Проживал: Москва, Кузнецкий мост, 3, кв. 40.
Арестован: 30 ноября 1941 г. Приговорен: Особое совещание при НКВД СССР 31 марта 1943 г., обв.: за антисоветскую агитацию (ст. 58-10 УК РСФСР).
Приговор: направлен в психиатрическую больницу для принудительного лечения.
Реабилитирован в июле 2002 г. Прокуратура г. Москвы
Источник: Прокуратура г. Москвы».

Казанская специализированная психиатрическая больница, 2014-й. Фото Леонида Яроша.

Волков-Ланнит был одним из крупнейших историков фотоискусства, автор книг «История пишется объективом», «Искусство фотопортрета», «Вижу Маяковского» и др. Фото из интернет-публикации о журнале «Кругозор».

…Несмотря на все свои недуги и странности, показавшийся Муру, сыну Марины Цветаевой полусумасшедшим, герой нашего рассказа был, как мне представляется, стойким сильным человеком . Арестовывают его соавторов, умирает мать… А он с еще большей активностью сочиняет прекрасные этюды, так, в «Шахматах в СССР» с начала 41-го по завершающий предвоенный №6 его имя практически не сходит с журнальных полос. И наверное, он смог, говоря словами героини романа «AMOR» Ники, «жить в этюдах», оказавшись и «на принудительном лечении». И встретил смертный час, прокручивая в своей гениальной голове новые необыкновенные этюдные задумки…

Продолжение следует

 

Последние турниры

13.08.2017

Общий призовой фонд – 150 тысяч долларов.

01.08.2017

Общий призовой фонд – 300 тысяч долларов, победитель получает 75 тысяч.

24.07.2017

Бильский фестиваль проходит в 50-й раз.

15.07.2017

.

01.07.2017

В мужском и женском турнире 5 победителей вышли в Суперфинал.

28.06.2017

Общий призовой фонд – 150 тысяч долларов.

21.06.2017

Общий призовой фонд – 150 тысяч долларов.

05.06.2017

Норвежский супертурнир прошел в пятый раз.

29.05.2017

22 лучших игрока получают право участия в Кубке мира.

12.05.2017

5 победителей получили право выступить в Кубке мира.

10.05.2017

Традиционный турнир возобновился после двухлетнего перерыва.

Все турниры

 
Главная Новости Турниры Фото Мнение Энциклопедия Хит-парад Картотека Голоса Все материалы Форум