Дин Лижэнь: Как и в матче против Гукеша, я всегда недооцениваю свои позиции!
ИИ перевод
— Сегодня у нас в гостях один-единственный гроссмейстер Дин Лижэнь. Большое спасибо, что присоединились к нам. Вы сегодня провели замечательную партию. Расскажите немного о ней.
— Не думаю, что я сыграл очень хорошо.
— Вы, как всегда, очень скромны.
— Нет-нет. Я всегда думаю, что моя позиция не очень хорошая. Вчера, когда у меня было «плюс три», я тоже думал, что позиция, возможно, близка к равенству или что-то в этом роде. Только после того, как я выиграл несколько пешек, я понял, что у меня уже явное преимущество. Но до этого, особенно после хода Крh1, мне казалось, что именно соперник играет на победу.
Мне нужно было найти какой-то план, перегруппировать фигуры. Возможно, его ход Лe8 оказался слишком медленным. Ему стоило действовать как-то иначе… Не знаю, может быть, сыграть Кh5.
— Для меня это очень удивительно. Такое ощущение, что вы часто не замечаете всего хорошего, что есть в вашей игре. Вы видите слабости собственной позиции, но, возможно, не всегда в полной мере замечаете слабости соперника.
— Да. Например, в матче против Гукаша я тоже постоянно преуменьшал свои позиции. Поэтому сегодня я просто играл: находил ходы, рассчитывал варианты и старался слишком много не оценивать, потому что моя оценка могла оказаться ошибочной.
— Но сегодня она, конечно, не оказалась ошибочной, и вы одержали прекрасную победу. Как, по-вашему, эта победа поможет китайской команде сегодня? Как думаете, Китай может выиграть на всех досках?
— Думаю, да. На последней доске у нас действительно опасная ситуация. Возможно, там мы уступаем две пешки. Но на остальных досках у нас очень хорошие позиции, и соперники тоже оказывают давление. Если мы одержим хотя бы одну победу на этих досках, то выиграем матч.
— А можете немного рассказать о вашем запасном игроке, который выступает на пятой доске?
— Мы не так много о нём знаем, но он кажется очень сильным и недооценённым.
— Да, он очень молод. Он примерно того же возраста, в котором я стал чемпионом Китая. Ему около 17 лет. В этом году он выиграл чемпионат Азии в личном зачёте.
— Ничего себе.
— Также он выиграл один из квалификационных турниров Азиатских игр в закрытых помещениях. Мы играли в одной команде в китайской лиге, и у него очень большое будущее.
— Да, безусловно. Нам будет очень интересно следить за его партиями и посмотреть, как он себя проявит. А как вы думаете, выступит китайская команда в этом году? Я разговаривал с итальянским гроссмейстером Лоренцо Лоддичи, и он сказал, что в этом году стоит следить за двумя командами — Узбекистаном и Китаем. Согласны с такой оценкой?
— Не совсем. Но он наверняка будет следить и за другими командами.
— Да, ведь мы выиграли две золотые медали в командных соревнованиях. В этот раз вы приехали сюда в качестве одного из фаворитов, но за победу в турнире борются как минимум четыре команды.
— Какие, по-вашему, это четыре команды?
— Четыре команды с лучшими стартовыми номерами.
— Хорошо, четыре первых номера посева. Посмотрим, как всё сложится. Сегодня, например, Индия играет с Италией. Думаю, Индия должна пройти дальше, хотя на некоторых досках у неё могут возникнуть сложности. У итальянцев есть несколько сильных игроков, которые способны создать проблемы.
— Я слишком сосредоточен на собственных партиях, поэтому у меня просто нет времени следить за другими матчами.
— Конечно. Мне кажется, Китай часто выступает как команда сильнее, чем просто сумма отдельных игроков. Вы хорошо взаимодействуете и вместе показываете более высокий результат.
— Но сами игроки у нас очень сильные. У нас три игрока с рейтингом выше 2700.
— Угу.
— И у нас есть несколько очень перспективных молодых шахматистов. Так что и индивидуально команда очень сильная.
Кроме того, у нас хорошее взаимодействие и командный дух. А когда всё это есть, результаты обязательно придут.
— Я также видел в китайских социальных сетях, что перед Олимпиадой вы все вместе проводили тренировочный сбор.
— Да.
— Думаю, это тоже помогает. Возможно, другие страны не проводят такие совместные тренировочные сборы. Насколько я понимаю, Узбекистан тоже так делал.
— Да.
— Хорошо. Они учатся у лучших.
И напоследок хотел спросить вас о Самарканде в целом. Что для вас значит шахматная Олимпиада? Каково вообще играть на Олимпиаде? Это более особенное соревнование, чем обычный турнир, или просто более весёлое?
— Я не вижу такой уж большой разницы с другими командными турнирами. Разве что здесь, например, в Самарканде, гораздо больше игроков из разных стран со всего мира. Можно увидеть представителей даже самых маленьких стран.
— Они тоже участвуют, и всех их объединяют шахматы. Это действительно здорово. И здесь вы видите огромную толпу болельщиков, которые ждут вас и других игроков такого уровня. Думаю, это тоже одна из особенностей Олимпиады. Вам нравится, когда здесь есть зрители и болельщики?
— Потому что я один из двух чемпионов мира здесь. Поэтому да, у меня здесь тоже много болельщиков.
— Ну что ж, прекрасно. Большое спасибо. Я отпущу вас к вашим болельщикам. Спасибо за ваше время и ответы. Я всегда очень ценю это. Большое спасибо, гроссмейстер Дин Лижэнь.
«На самом деле мне разрешено делать очень, очень мало. Я не могу ни входить, ни выходить из игровой зоны и не могу ни с кем разговаривать. Не только с игроками, вообще ни с кем.
Раньше всё было немного свободнее: например, разрешалось разговаривать с другими тренерами или что-то в этом роде. Но здесь мне даже нельзя принимать или отклонять предложения ничьей или предлагать игрокам ничью. Всё это очень сильно ограничили.
Вчера мне даже не разрешили — и тут многое зависит от того, насколько строг арбитр — поставить бутылки с водой рядом с доской. Алекс должен был спросить у арбитра, может ли он получить от меня банан. Но это уже зависит от конкретного арбитра.
С одной стороны, конечно, это понятно из-за борьбы с читерством. В вопросах общения правила стали чрезвычайно строгими. Поэтому роль тренера во время партии сейчас в основном сводится к административным функциям.
Конечно, всё равно хочется быть рядом на случай какого-нибудь спора или непредвиденной ситуации. Но да, мои возможности во время партии очень сильно ограничены».
«На самом деле мне разрешено делать очень, очень мало. Я не могу ни входить, ни выходить из игровой зоны и не могу ни с кем разговаривать. Не только с игроками, вообще ни с кем.
Раньше всё было немного свободнее: например, разрешалось разговаривать с другими тренерами или что-то в этом роде. Но здесь мне даже нельзя принимать или отклонять предложения ничьей или предлагать игрокам ничью. Всё это очень сильно ограничили.
Вчера мне даже не разрешили — и тут многое зависит от того, насколько строг арбитр — поставить бутылки с водой рядом с доской. Алекс должен был спросить у арбитра, может ли он получить от меня банан. Но это уже зависит от конкретного арбитра.
С одной стороны, конечно, это понятно из-за борьбы с читерством. В вопросах общения правила стали чрезвычайно строгими. Поэтому роль тренера во время партии сейчас в основном сводится к административным функциям.
Конечно, всё равно хочется быть рядом на случай какого-нибудь спора или непредвиденной ситуации. Но да, мои возможности во время партии очень сильно ограничены».
Неужели жалобы Крамника дошли куда надо?
А то помнится на прошлой олимпиаде он говорил, что там чуть ли не с телефонами между досок можно было ходить каким-то людям.
А передача банана не может быть той самой единственной подсказкой, типа "тут думай- это решает все"? Многие же гроссы говорили, что этого им достаточно. То есть снова море читеров с бутылочками и бананами в зале?
strumball: А передача банана не может быть той самой единственной подсказкой, типа "тут думай- это решает все"? Многие же гроссы говорили, что этого им достаточно. То есть снова море читеров с бутылочками и бананами в зале?
В принципе даже это:
Алекс должен был спросить у арбитра, может ли он получить от меня банан.
, т.е. вид капитана с бананом, может быть подсказкой. Так что, как видно, меры на Олимпиаде даже недостаточные . На самом деле игроки вообще не должны видеть капитана.
Алекс должен был спросить у арбитра, может ли он получить от меня банан.
, т.е. вид капитана с бананом, может быть подсказкой. Так что, как видно, меры на Олимпиаде даже недостаточные . На самом деле игроки вообще не должны видеть капитана.
?
Но у капитана же нет никакого дивайса со стокфишем.
...
И зачем тогда капитаны на игровой площадке, если они вообще ничего не могут?
Почитатель: Но у капитана же нет никакого дивайса со стокфишем.
Если он опытный гроссмейстер, тоже неплохо .
Почитатель: И зачем тогда капитаны на игровой площадке, если они вообще ничего не могут?
Хороший вопрос. Сейчас мы его обсуждали на польской лиге (там, правда, капитан - один из игроков, но речь о том, оставаться ли ему в зале, если он закончит партию). Пришли к выводу, что капитан нужен только в случае конфликта - подать протест от имени команды и т.п. А так в принципе не нужен. Кстати, не помню, каковы правила Олимпиады (вроде бы такие же), но у нас капитан не может стоять перед игроками - только за ними, т.е. игроки не могут его видеть.
На Олимпиаде капитан - это просто тренер или представитель, не более того.
Если к мерам относится слишком серьезно, события такого масштаба вообще проводить дело безнадежное.
Если даже в элитных турнирах есть претензии к судьям и античитерскому контролю, то сколько по-настоящему компетентных судей и охотников на читеров может сейчас быть в Самарканде?
Другое дело, вопрос - а можно ли обойтись без капитана вообще в и без того переполненном игровом зале - как по мне риторический.
О, выше уже приведен само собой разумеющийся ответ
I see absolutely no problem in this. If it's a free-for-all, then someone could easily signal with a Blueberry Yogurt if you have an advantage, plain if you are losing.
Почитатель: Но у капитана же нет никакого дивайса со стокфишем.
Если он опытный гроссмейстер, тоже неплохо .
Почитатель: И зачем тогда капитаны на игровой площадке, если они вообще ничего не могут?
Хороший вопрос. Сейчас мы его обсуждали на польской лиге (там, правда, капитан - один из игроков, но речь о том, оставаться ли ему в зале, если он закончит партию). Пришли к выводу, что капитан нужен только в случае конфликта - подать протест от имени команды и т.п. А так в принципе не нужен. Кстати, не помню, каковы правила Олимпиады (вроде бы такие же), но у нас капитан не может стоять перед игроками - только за ними, т.е. игроки не могут его видеть.
На Олимпиаде капитан - это просто тренер или представитель, не более того.
В далекие времена, когда я участвовал в юношеских соревнованиях, некоторые тренеры пытались подсказывать своим подопечным ходы с помощью знаков. Есть виды спорта — волейбол — где игрок за спиной пальцами дает сигнал команде, как, например, ставить блок при атаке соперника. В замечательном фильме, он недавно здесь обсуждался — «Вариант „Омега“», советские разведчики использовали «азбуку цветов». Банан вполне вписывается в эту парадигму.
https://www.youtube.com/watch?v=s8QAbBKXGJ0&t=7s
Тайминг 1:00.
Удивлён, что Эрдогмуш согласился на ничью. Понятно, что чёрными против Абдусатторова на Олимпиаде это уже здорово. Но с другой стороны, он же видит, что Вахап проигрывает, а на других досках у турков ничего нет.
. На самом деле игроки вообще не должны видеть капитана.
.
