|
|
|
|
|
|
|
|
| |
|
|
|
|
|
|
|
The Nobel Prize
Linus Pauling is the only person to have received two unshared Nobel Prizes - in chemistry and peace.
He used quantum mechanics to understand and describe chemical bonding. Later he campaigned vehemently against nuclear weapons and spearheaded a petition to ban nuclear testing. |
Лайнус Полинг – величайший химик XX столетия |
|
|
| |
|
|
anti-bredt olefins  |
|
|
| номер сообщения: 49-57-44174 |
|
|
|
|
| номер сообщения: 49-57-44553 |
|
|
|
|
| Демис Хассабис, сооснователь и гендиректор Google DeepMind, получил Нобелевскую премию по химии 2024 года. Награда присуждена за исследования в области ИИ для прогнозирования структуры белков (разработка AlphaFold). Хассабис разделил премию с Джоном Джампером и Дэвидом Бейкером. |
Ihtesham Ali
Британский ребёнок стал шахматным мастером в 13 лет, затем — успешным разработчиком видеоигр в 17, затем — доктором нейронаук в 33, а позже — генеральным директором лаборатории искусственного интеллекта, которая получила Нобелевскую премию по химии в 2024 году.
Двадцать лет его считали человеком без фокуса. На самом деле он реализовывал одну из самых продуманных карьерных стратегий в современной науке.
Его зовут Демис Хассабис, и почти никто не понимал, пока он двигался по этому пути, что каждый его шаг подпитывал одну и ту же глубинную одержимость.
Вот нить, которая связывает всю его карьеру, и почему это важно для понимания того, как вообще строить путь к сложной цели.
Шахматы были первыми. Он родился в Лондоне в 1976 году и начал играть в четыре года. К восьми годам он стал чемпионом Лондона в своей возрастной категории. К тринадцати получил рейтинг международного мастера, который входил в число лучших пятидесяти игроков мира в его возрастной группе. Он шёл по пути профессионального шахматиста.
Но он ушёл.
Позже он объяснял, что шахматы заставили его постоянно думать о самом мышлении. Каждый ход требовал моделировать, что думает соперник о тебе. Его интересовал не выигрыш, а сам процесс работы человеческого мозга. Он понял, что шахматы — слишком узкая «рамка» для вопроса, который его действительно интересовал: как работает интеллект.
Затем были видеоигры. На деньги от шахмат он купил ZX Spectrum и начал учиться программировать. В 17 лет он уже был ведущим разработчиком игры Theme Park, которая разошлась миллионами копий. Он мог бы остаться в индустрии и построить карьеру одного из ведущих геймдизайнеров Великобритании.
Но он снова ушёл.
Он поступил в Кембридж, получил двойное высшее по компьютерным наукам, а затем сделал самый странный поворот: в 30 лет поступил в аспирантуру по когнитивной нейронауке в University College London. Пока его однокурсники уже строили компании, он изучал, как гиппокамп формирует воспоминания и воображает будущее.
Его статья 2007 года о связи памяти и воображения вошла в топ-10 научных прорывов года по версии Science. Но дело было не в статье. За три десятилетия он тихо собрал уникальное сочетание навыков, которого не было ни у кого другого.
Глубокое понимание поведения интеллектуальных систем из шахмат. Инженерная практика создания сложного ПО из игровой индустрии. И научное понимание работы мозга из нейронаук.
В 2010 году он использовал это, чтобы создать DeepMind вместе с Шейном Леггом и Мустафой Сулейманом. Его миссия звучала просто и почти абсурдно: «Решить интеллект. А затем использовать его, чтобы решить всё остальное».
Первые шесть лет DeepMind занимался играми: Atari, StarCraft, го. Многие не понимали, почему лаборатория, заявлявшая о создании общего искусственного интеллекта, тратит сотни миллионов на обучение компьютеров игре в Pong.
Хассабис объяснял: игры — это не цель, а контролируемая среда, где можно быстро проверять алгоритмы обучения и перенос их между задачами.
В 2016 году AlphaGo победил Ли Седоля, чемпиона мира по го — в матче, который считался невозможным ещё десятилетиями.
После этого Хассабис спросил свою команду, что дальше.
Ответ был тем, к чему он шёл всю жизнь.
Они применили тот же подход к задаче, над которой биология билась 50 лет — сворачивание белков. По аминокислотной последовательности нужно предсказать трёхмерную структуру белка. От этого зависит создание всех лекарств. Но традиционные методы решали лишь малую часть задач, а экспериментальные занимали годы и миллионы долларов.
AlphaFold2, выпущенный в 2020 году, за год предсказал структуры почти всех известных белков — около 200 миллионов. Результаты стали свободно доступны, и ими воспользовались миллионы учёных по всему миру.
В октябре 2024 года Демис Хассабис и Джон Джампер получили Нобелевскую премию по химии за эту работу.
Но ключевая мысль, которую он повторяет в выступлениях, почти всегда упускается: AlphaFold не был целью. Он был доказательством того, что подход, который он развивал десятилетиями, действительно работает. Целью всегда был общий искусственный интеллект.
Шахматы дали понимание сложных систем. Игры — инженерную реализацию. Нейронаука — модель реального интеллекта. DeepMind объединил всё это.
И как только метод стал достаточно зрелым, его применили к одной из важнейших нерешённых проблем науки — там, где прорыв спасает миллионы жизней.
Снаружи его карьера выглядела хаотично: шахматист, ушедший из шахмат; разработчик игр, ушедший из игр; учёный, ушедший в нейронауку; основатель стартапа, «потративший годы на игры».
Но изнутри это была одна из самых сфокусированных карьер в современной науке. Каждый шаг отвечал на один и тот же вопрос: как устроен интеллект и как создать такой, который решает задачи, недоступные человеку.
Люди, которые действительно меняют целые области, почти никогда не выглядят сфокусированными в процессе.
Они просто одержимы одним вопросом настолько глубоко и долго, что их путь со стороны кажется хаотичным, а изнутри — абсолютно прямым.
И чаще всего их план понимают только спустя десятилетия — когда об этом говорит Нобелевский комитет. |
 |
|
|
| номер сообщения: 49-57-45075 |
|
|
|
|
| Срочная новость! Шведская королевская академия наук приняла решение присудить Нобелевскую премию по химии 2026 года Анри Б. Кагану и Кенсо Соаи «за открытие нелинейных эффектов и автокатализа в асимметрическом органическом синтезе». |
 |
|
|
| номер сообщения: 49-57-45448 |
|
|
|
|
Emmanuel Macron
Огромный повод для гордости всей страны! Поздравляем Анри Кагана, получившего Нобелевскую премию по химии вместе с японским учёным Кэнсо Соаи за выдающиеся открытия в области асимметричных молекул.
Это признание — итог целой жизни, посвящённой научным исследованиям. От Париж-Сакле до Нобелевской премии — французская наука вновь демонстрирует свой высокий уровень. |
|
|
|
| номер сообщения: 49-57-45449 |
|
|
|
|
Премию присудили ученым Анри Кагану (Франция) и Кэнсо Соаи (Япония). Премию им вручили за «открытие нелинейных эффектов и автокатализа в асимметричном органическом синтезе». В ходе своих исследований они смогли показать, как химические реакции могут приводить к образованию одной молекулы из двух зеркально симметричных форм.
Подобные исследования, как отмечает France 24, имеют решающее значение для медицины и производства лекарственных препаратов.
«Некоторые молекулы, например, аминокислоты, существуют в виде двух вариантов, являющихся зеркальными отражениями друг друга. Однако живые организмы содержат только одно из этих зеркальных отражений. Как могла возникнуть такая химическая асимметрия, долгое время оставалось загадкой для химиков», — говорится в пресс-релизе Нобелевского комитета по химии.
Химики, удостоенные сегодня награды, работали над загадкой гомохиральности. Она заключается в том, что все аминокислоты существуют в виде двух зеркальных вариантов, но только один из них встречается в белках клеток. В результате экспериментов ранее всегда появлялись эти две зеркально отраженные молекулы, но химики стремились получить лишь одну. Причина заключалась в том, что при разработке молекул, которые будут взаимодействовать с живыми организмами — например, в фармацевтике — желаемый эффект будет иметь лишь одно «зеркальное изображение».
Анри Каган еще в 1986 году представил новый способ управления химическими реакциями. В результате у него получилось создать большее количество одного из «зеркальных изображений», чем было возможно ранее. Соаи пошел еще дальше: в 2003 году ему наконец-то удалось провести реакцию, в которой образовывалось только одно из двух возможных «зеркальных изображений».
Каган работает в университете Париж-Сакле во Франции, а Соаи — в Токийском университете науки. Оба они получат денежный приз в размере 12 млн шведских крон (чуть больше миллиона евро), который разделят поровну. |
|
|
|
| номер сообщения: 49-57-45450 |
|
|
|
|
За гомохиральность - нобелевку! Не знаю что такое гомохиральность, но звучит красиво.
__________________________
Спасение там, где опасность. |
|
|
| номер сообщения: 49-57-45453 |
|
|
|
|
| Каган дожил (96 через два месяца). Кажется, Гинзбург говорил, что если жить достаточно долго, то получишь Нобелевку. |
|
|
| номер сообщения: 49-57-45455 |
|
|
|
|
Профессор Университета Северной Каролины Александр Кабанов.
Премия дана за решение одной из самых фундаментальных проблем в химии.
Химические молекулы обычно показывают как шарики, соединенные палочками, спичками. И оказывается, что если у вас из одного центра исходят четыре спички, и на каждом конце этой спички шарики разного цвета, то получаются молекулы, которые асимметричны по определению. И как бы вы их ни крутили, они не будут сведены к молекулам, являющимся их зеркальным изображением.
Грубо говоря, есть правая рука и левая рука. Они очень похожи, но как ни крути их в пространстве, их не совместить вместе, потому что они принципиально асимметричны. Эта принципиальная асимметричность — это основа всего живого, всех основных материалов, из которых мы созданы, в частности белков и нуклеиновых кислот.
Принципиальная асимметричность играет очень важную роль в распознавании молекул между собой. Это имеет отношение к тому, почему мы чувствуем запах, почему происходят определенные каталитические процессы и так далее. Но глобальный вопрос, на который химия не могла ответить и до сих пор на самом деле не может ответить, — это то, а как эта асимметричность возникла?
Почему все нуклеиновые кислоты или все белки имеют определенную конфигурацию и являются определенными, так называемыми энантиомерами (две версии одной молекулы, которые относятся друг к другу как правая и левая рука — прим. ред.) Вот, это была большая загадка.
Где-то 50–60 лет назад один физик предложил, что в принципе это возможно, если у нас будут молекулы, которые могут производить друг друга. Одна молекула асимметричная может производить себе подобные, другая молекула асимметричная будет производить себе подобные.
Например, у меня есть отпечаток правой руки и левой руки. Если у вас есть сто правых рук и 200 левых рук и вы будете просто делать эти отпечатки, то у вас всегда будет такое же соотношение — сто к 200. Но если у вас, например, руки могут друг с другом взаимодействовать и правая рука может блокировать произведение отпечатков левой руки, то тогда, если у вас правых рук 200, а левых рук у вас сто, то, когда они сцепятся, у вас будут оставшиеся сто правых рук производить свои отпечатки. И тогда может возникнуть произведение асимметричных молекул.
Таким образом, в природе может теоретически возникнуть хиральность (свойство объекта или молекулы не совпадать со своим зеркальным отражением — прим. ред.) Теоретическое объяснение существовало, но практическая демонстрация того, что химические реакции могут протекать таким образом, была сделана сегодняшними нобелевскими лауреатами.
Анри Каган и Кэнсо Соаи продемонстрировали, что такие реакции могут происходить на практике. И это происходит тогда, когда в результате реакции у вас производится продукт, который сам по себе является катализатором своего собственного производства. Так называемые автокаталитические реакции.
Это объясняет, как могла бы появиться жизнь и возникнуть асимметрия в природе. Но это не означает, что именно поэтому мы с вами возникли. Потому что химические реакции, которые лежали в основе появления жизни, совсем, видимо, другие. Но это означает, что это, в принципе, возможно. И поэтому это, в общем, практическое решение одной из самых главных проблем на стыке между химией и биологией.
Например, все аминокислоты левые. Но почему они левые? Раньше это объясняли чуть ли не чем-то божественным — кто-то придумал, что они левые. Оказывается, это совсем не обязательно будет божественно, но такое может возникнуть в природе. Вот именно к возникновению этой асимметричности, к накоплению этой асимметричности имеет отношение это открытие. |
|
|
|
| номер сообщения: 49-57-45456 |
|
|
|
|
| номер сообщения: 49-57-45457 |
|
|
|
|
| (*) признан иностранным агентом |
|
|
| номер сообщения: 49-57-45458 |
|
|
|
|
| Да, я забыл добавить, что один из крупнейших российских химиков носит такой "титул". |
|
|
| номер сообщения: 49-57-45459 |
|
|
|
|
| Анри Борис Каган родился 15 декабря 1930 года в Булонь-Бийанкуре (департамент О-де-Сен), был старшим ребёнком в еврейской семье[7][8], вскоре переехавшей в Нёйи-сюр-Сен[9][10][11]. Его отец Александр (Абрам) Каган (15 мая 1893, Могилёв — 4 июня 1940, Париж), с 1914 года учился в Швейцарии, где стал инженером и защитил диссертацию, мать — Аделин Цельникер (?—1993); родители заключили брак 10 сентября 1928 года в Париже[12]. Сестра Анри Алиетт (1932—2023), микробиолог, была с 1955 года замужем за математиком Бенуа Мандельбротом[13], с 1958 года жила в США; брат Жак (англ. Jacques Kagan, 1933—2022), тоже химик-органик[14], с 1956 года жил в США, профессор химии Иллинойсского университета в Чикаго[15][16]. Во время Второй мировой войны скрывался с матерью, братом и сестрой под поддельными документами в сельской местности на юге Франции[17][18]. Позднее мать повторно вышла замуж за дирижёра Шота Джабадари (1902—1987)[19], брата композитора Ираклия Джабадари[20]; от этого брака в семье росла сводная сестра Жаклин[21]. |
|
|
|
| номер сообщения: 49-57-45464 |
|
|
| |
|
|
|
|
|
|
|
| Copyright chesspro.ru 2004-2026 гг. |
|
|
|
