|
|
Продолжение
Последний вопрос касался нового суперзвания чемпиона мира, недавно созданного ФИДЕ, где будут смешаны разные форматы игры. Накамура видит в этом «несколько спорных моментов».
«Во-первых, все считают, что само название "чемпионат мира" автоматически придаёт престиж. Насколько я понимаю, Норвегия купила право называть это новое соревнование "Тотальным чемпионатом мира", и я не думаю, что это было необходимо. Я довольно скептически отношусь ко всем, кто платит ФИДЕ лицензию на использование такого названия. С другой стороны, сейчас слишком много событий, называемых чемпионатами мира, и слишком много чемпионов мира. Этот бренд размывается, и мне это не нравится. Если говорить о Гукеше, то добавлю кое-что, что может показаться грубым, но он не выиграет "Тотальный чемпионат мира". Это знает каждый. И если чемпионов мира будет слишком много, ФИДЕ тоже потеряет престиж, потому что классический чемпион мира перестанет считаться лучшим в мире. Это уже происходит, но сейчас ситуация только усугубится. Поэтому я очень скептически отношусь ко всему, что связано с ФИДЕ».
Карлсен, немного «уставший» от аргументов своего коллеги, смягчает диагноз:
«Нас никого особо не впечатляют усилия ФИДЕ воспользоваться взрывным ростом шахмат в интернете за последние шесть или семь лет. Я приветствую последние попытки считать немного более быстрые партии классическими шахматами, но посмотрим. В целом, я очень доволен, что мне не приходится иметь дело с ФИДЕ примерно 350 дней в году».
В завершение Карлсен публично признал свою склонность попадать в полемику:
«Я помню одного человека, имя которого не назову, который говорил, что каждый раз, когда он играет, натыкается на идиотов и не понимает почему. Очевидно, проблема, скорее всего, была в нём самом. Поэтому я начинаю думать, что, может быть, и я сам — проблема, как общий знаменатель. В то же время, то, что произошло на чемпионатах мира в Катаре, было чистой эмоцией. Дни очень длинные, и иногда я могу быть подавлен — это часть жизни. Каждый стремится всё контролировать, тренируется для этого, но не всегда получается. Думаю, я из тех людей, которым легче выпустить эмоции, чем держать их в себе. Но, к счастью, я также показал сторону себя, которой горжусь: я доказал, что могу пережить трудные моменты и затем восстановиться».
«Я всё ещё хорош в том, что делаю, и это делает всё немного более терпимым для окружающих», — добавил он с присущим ему норвежским юмором. |
|
|
