|
|
|
|
|
|
|
|
| |
|
|
|
|
|
|
|
«Общественный порядок, общественное устройство сгнили на Западе и едва держатся болезненным усилием, сим одним могут объясниться и та невероятная слабость и тот панический страх, которые в 1848 году постигли все государства на Западе, исключая Англии; но и ту, кажется, постигнет в скором времени та же
самая участь». |
| Император соглашается: «Разительная истина!» |
| «…Плод протестантизма и всей политической истории Германии, анархия есть основная черта немецкого ума, немецкого характера и немецкой жизни: анархия между провинциями; анархия между городами и сёлами; анархия между жителями одного и того же места, между посетителями одного и того же кружка; анархия наконец в каждом немце, взятом особенно, между его мыслью, сердцем и волею». |
| «Неоспоримая истина!!!» — мысленно восклицает Николай. |
Свою «Исповедь» Михаил Бакунин заканчивает так:
«Государь! Я — преступник великий и не заслуживающий помилования! Я это знаю, если бы мне была суждена смертная казнь, я принял бы её как наказание достойное, принял бы почти с радостью: она избавила бы меня от существования несносного и нестерпимого. Но граф Орлов сказал мне от имени Вашего императорского величества, что смертная казнь не существует в России. Молю же Вас, государь, если по законам возможно и если просьба преступника может тронуть сердце Вашего императорского
величества, государь, не велите мне гнить в вечном крепостном заключении! Не наказывайте меня за немецкие грехи немецким наказанием. Пусть каторжная работа самая тяжкая будет моим жребием, я приму её с благодарностью, как милость, чем тяжелей работа, тем легче я в ней позабудусь! В уединенном же заключении всё помнишь и помнишь без пользы; и мысль и память становятся невыразимым мучением, и живёшь долго, живёшь против воли и, никогда не умирая, всякий день умираешь в бездействии и в тоске. Нигде не было мне так хорошо, ни в крепости Кенигштейн,
ни в Австрии, как здесь в Петропавловской крепости, и дай бог всякому свободному человеку найти такого доброго, такого человеколюбивого начальника, какого я нашёл здесь, к своему величайшему счастью! И, несмотря на то, если бы мне дали выбрать, мне кажется, что я вечному заключению в крепости предпочёл бы не только смерть, но даже телесное наказание.
Другая же просьба, государь! Позвольте мне один и в последний раз увидеться и проститься с семейством; если не со всем, то, по крайней мере, со старым отцом, с матерью и с одною любимою сестрою, про которую я даже не знаю, жива ли она (Татьяна Александровна).
Окажите мне сии две величайшие милости, всемилостивейший государь, и я благословлю провидение, освободившее меня из рук немцев, для того чтобы предать меня в отеческие руки Вашего императорского величества.
Потеряв право называть себя верноподданным Вашего императорского величества, подписываюсь oт искреннего сердца.
Кающийся грешник Михаил Бакунин». |
|
|
|
| номер сообщения: 25-10-22437 |
|
|
|
|
В эти дни под Лейпцигом произошло самое грандиозное сражение времен Наполеоновских войн — Битва народов. Одним из ее самых ярких и судьбоносных моментов стала атака конницы Мюрата в первый день сражения.
В этот момент неувядаемой славой покрыли себя мои земляки — Лейб-гвардии казачий полк под командованием графа Орлова-Денисова, исполнявший в этом походе почётную миссию личного конвоя императора.
Обратимся к книге «История Лейб-гвардии казачьего Его Величества полка» Б.Р. Хрещатицкого: «Нанесенный нашим войскам французскою кавалерию удар, был поразителен: все, что стояло на пути ее – было смято и, центр нашей боевой позиции прорван… французская конница понеслась далее. Впереди ее была деревня Госса, у которой, на возвышении, за плотиной, стоял со свитою Император Александр: прямо на свиту мчалась французская кавалерия…Тут, вблизи, кроме Лейб-гвардии Казачьего полка, других войск не было… ». Единственной силой, которая могла предотвратить возможность пленения союзных монархов, оказался конвой российского императора - Лейб-гвардии казачий полк.
Р. Хрещатицкий привел яркие воспоминания участника сражения лейб-казака поручика Е.А. Конькова: «У нас трепетали сердца, когда мы следили за этой бешеной атакою. Мы жалели своих солдат, а в особенности боялись за нашего обожаемого Императора, который стоял бледный, следя в подзорную трубку за боем». Командир первого эскадрона И. Е. Ефремов принял командование после того, как командир полка граф В. В. Орлов-Денисов был послан за подкреплением. «Эскадрон!» — крикнул громовым голосом Ефремов. Мы все повернули головы. Эскадрон», — повторил он, — "Благословляю!". Он высоко поднял свою обнаженную саблю и сделал ею в воздухе крестное знамение. Мы опустили на перевес свои длинные дротики, гикнули и ринулись на латников». Отважные казаки остановили превосходящие силы противника и защитили своего императора. |
В 1911 году прах Орлова-Денисова и Ефремова был перезахоронен в усыпальнице Вознесенского собора Новочеркасска. Символично, что дата перезахоронения совпала день в день — 4 октября по старому стилю — с годовщиной их легендарного подвига в Битве народов под Лейпцигом.
| Граф Васи́лий Васи́льевич Орло́в-Дени́сов (8 сентября 1775, Пятиизбянская, область Войска Донского, Российская империя — 24 января 1843, Харьков, Российская империя) — командир лейб-казаков во время Наполеоновских войн, генерал-адъютант, генерал от кавалерии (с 1826). Родоначальник графского рода Орловых-Денисовых. |
| Ива́н Ефре́мович Ефре́мов (11 (22) октября 1774, х. Обливной, ст. Гугнинская, Область Войска Донского, Российская империя — 8 (20) марта 1843, станица Гугнинская, Область Войска Донского, Российская империя) — генерал-лейтенант Донского казачьего войска. |
Новочеркасск. Вознесенский войсковой кафедральный собор |
|
|
| номер сообщения: 25-10-22523 |
|
|
| |
|
|
|
|
|
|
|
| Copyright chesspro.ru 2004-2026 гг. |
|
|
|
