На фоне дичайших скандалов университеты дуют на воду, и теперь совершенно невозможно работать со школьниками. Устанавливают какие-то идиотские правила типа утверждать встречи (день, время), подавая формы в частности в полицию кампуса за месяц до. Сами закрывали глаза на насилие, а теперь им школьники с профессорами виноваты. Я уже месяц на эту тему возникаю, вчера писал зам декана, посмотрим.
jenya: Ой, куда мне деться, дайте оглядеться!
Спереди - застава, а сзади - западня.
Вам в Мичигане уже сказали расслабиться и получать удовольствие.
Там больше сказали. Есть светлое будущее, но не для нас, мы туда не попадём. Это очень честное заявление, надеюсь, оно произвело впечатление на местную еврейскую общину.
jenya: Ой, куда мне деться, дайте оглядеться!
Спереди - застава, а сзади - западня.
Вам в Мичигане уже сказали расслабиться и получать удовольствие.
Там больше сказали. Есть светлое будущее, но не для нас, мы туда не попадём. Это очень честное заявление, надеюсь, оно произвело впечатление на местную еврейскую общину.
They're writing songs of love, but not for me,
A lucky star's above, but not for me,
With love to lead the way,
I found more clouds of grey,
Than any Russian play could guarantee.
И зимой, и летом небывалых ждать чудес
Будет детство где-то, но не здесь
И в сугробах белых, и по лужам у ручья
Будет кто-то бегать, но не я
__________________________
Полюбите нас черненькими, а беленькими нас всякий полюбит.
jenya: На фоне дичайших скандалов университеты дуют на воду, и теперь совершенно невозможно работать со школьниками. Устанавливают какие-то идиотские правила типа утверждать встречи (день, время), подавая формы в частности в полицию кампуса за месяц до. Сами закрывали глаза на насилие, а теперь им школьники с профессорами виноваты. Я уже месяц на эту тему возникаю, вчера писал зам декана, посмотрим.
Нафиг спорт из универов. Пусть молодежными лигами балуются, как в Канаде в хоккее. С одной стороны это и Ларри Нассеры всякие, с другой NIL.
__________________________
Полюбите нас черненькими, а беленькими нас всякий полюбит.
В классическом варианте принцесса уколола палец о веретено и уснула. А Ю.А. засыпает за вечерним вязанием, соответственно легко может уколоться спицей. И заснуть ещё крепче. Вот она положительная обратная связь. Тему можно было бы озаглавить "сон в руку".
Аквариум я уже советовал Жене завести, теперь советую молодую кошку. Почему?
Кошка будет реагировать на движение спиц и не давать заснуть. Это не выдуманная история, такое случилось у старшей сестры моей жены. Сестра большая любительница вязать. Специально по вечерам даже смотрела сериалы, которые можно было бы не смотреть, а большей частью слушать и при этом вязать. Но вот у нее появилась молодая кошечка (возрастом 1 год) и теперь ежедневное вязание резко замедлилось, практически прекратилось. Историю можно назвать «Кошкомар на улице Вязов».
А может, человек для того и вяжет, чтобы во время вязания как следует выспаться. Одни индийский гуру говорил, что многие его ученики именно с этой целью занимаются медитацией. Вязание - это, конечно, не медитация, но что-то медитативное в нем есть.
Про вязание и опасность спиц. Из Вспоминалок: В четвёртом классе одна из родительниц научила нас вязать на спицах и крючком. Это успокаивающее занятие мне понравилось. Как-то, уже женившись, я связал розовый шарфик для старшей дочери. Однако в детстве я использовал спицы не только по их прямому назначению. Однажды, лёжа на кровати, я вставил одну из них в розетку. Раздался треск, возникло свечение, и я получил увесистый удар электрическим током в руку. Со спицами было связано и другое неприятное происшествие. Помимо длинных, тупых, я пользовался ещё и короткими, острыми. Как-то раз мама полезла в выдвижной ящик стола и наткнулась на одну из них. На моих глазах она пронзила насквозь её руку, войдя рядом с большим пальцем и выйдя возле ребра ладони. Но мама довольно спокойно отнеслась к этому, просто помазала две ранки йодом.
Pirron: А может, человек для того и вяжет, чтобы во время вязания как следует выспаться. Одни индийский гуру говорил, что многие его ученики именно с этой целью занимаются медитацией. Вязание - это, конечно, не медитация, но что-то медитативное в нем есть.
Известная история...
Я ищу свободы и покоя!
Я б хотел забыться и заснуть!
Но не тем холодным сном могилы...
Я б желал навеки так заснуть,
Чтоб в груди дремали жизни силы,
Чтоб дыша вздымалась тихо грудь...
Как оказалось, такого состояния можно достичь с помощью простого веретена или, на худой конец, - спицы.
__________________________
Спасение там, где опасность.
Федеральные власти США арестовали жителя Северной Каролины Брайана Чарльза, подозреваемого в отправке писем с антисемитскими угрозами еврейским организациям и их руководителям. ... Следователи вышли на подозреваемого после того, как на одном из писем, отправленных в AJC, был обнаружен отпечаток пальца Чарльза. Кроме того, на нескольких конвертах были указаны его имя и обратный адрес в Шарлотте.
Друзья исполняется 15 лет со дня ухода нашего друза Валерия Миляева - автора знаменитой песни «ВЕСЕННЕЕ ТАНГО» и 10 лет расставания с замечательной актрисой, автором, режиссером Людмилой Ивановой.
То бишь, та, которую выдвинули и не могут задвинуть обратно, была замужем за "весенним танго", кучочек советской мозаики.
В фильме про капитана Блада, испанский капитан, захвативший Барбадос и требующий выкуп, с издёвкой говорит: "Я думаю, торг здесь неуместен, господа". Браво, Кисас!
Гердт взял меня с собой в гости к Давиду Самойлову. В Пярну от нашей базы было часа четыре езды на машине, и всю дорогу Зяма читал мне стихи Самойлова. Когда подъезжали, он вдруг спохватился: «Я же должен что-то сочинить Дэзику в тетрадку!»
На минуту задумался, потом прочитал:
Тебя приветствую я снова,
Как одарённого – простак,
Как червь – орла, и просто как
Хромой приветствует кривого!
Дэзик сочинил Зяме ответ:
Не люблю я «Старый Замок» —
Кисловатое винцо,
А люблю я старых Зямок,
Их походку и лицо.
У Самойловых гостил Козаков, он читал нам вслух из Дэзиковой тетрадки. Такой мне выпал день.
Присутствие Гердта определяло для меня стиль капустников. В лучших модернистских традициях в нем играли люди и куклы, Петрушка и персонажи из гауянской жизни.
Петрушка приезжал на базу, оглядывался, произносил с завистью:
Живется здесь, наверно, сладко:
У каждого ума палатка!
В капустнике участвовала кукла-Гердт, она и сейчас живет у меня в Америке. Кукла-Гердт, прихрамывая, ходила по ширме. Помните конферансье из «Необыкновенного концерта»?
– Стуло мне, стуло, – требовал конферансье и обращался к публике с риторическим вопросом:
– Да, я давно собираюсь вас спросить, не слишком ли я культурен для вас?
Моя кукла-Гердт получала на это ответ:
– Да нет, ничего особенного, – говорила «публика», и настоящий Гердт заходился от смеха…
Мне моя тетя Фира рассказывала, как она с братьями в конце 50-х посетили когда-то родной город Ровно, где им даже не позволили зайти в дом, в котором они выросли, и уверяли при этом, что ничего не знают о том, что случилось с их матерью. А Фира с порога во время этого разговора видела знакомый с детства шкаф с нацарапанным когда-то ею рисунком, за который ей сильно от матери досталось...
В 88-м, когда мы встретились в Нью-Йорке после шестнадцатилетнего перерыва, я увидел его полутора-котовость в расцвете, в полноте, в зените. Он откликался на всякий предмет, иногда такой, который до той минуты не мог быть ему известен, стартовал сразу энергично, случалось, и невпопад, и вокруг да около, но даже и в этом рысканье, подыскивании нужного слова и нужного решения не давал тебе роздыху и спуску и в конце концов выговаривал что-то существенное, неожиданное. О вещах же прежде обдуманных начинал говорить, как будто объясняя тебе еще не, а другим уже известное, как будто повторяя однажды прочитанную лекцию, цитируя из когда-то написанной книги, но и тут после первых фраз зажигался, увлекался поворотами мысли, которые выражались у него в поворотах речи, опять-таки превосходивших обыкновенные степенью точности и концентрированности.
У Ахматовой и еще двух (может быть, трех) крупного ранга людей, с которыми я за жизнь был близок, это проявлялось иначе, но во всех случаях как нежданный плюс к тому, чего от них ждал. То есть и плюса этого тоже ждал, но никогда не знал, какого именно. Определяющая разница между ними и Бродским заключалась в том, что они видели и слышали собеседника и в большей или меньшей мере взаимодействовали с ним, тогда как для Бродского он был повод для еще одного доказательства, но, прежде всего, раструб громкоговорителя, поглощавший произносимые Бродским слова. Не то чтобы он не прислушивался, но, и слыша, исходил из того, что знает и может сказать на всплывшую тему больше и лучше собеседника, если только тема не узкоспециальная, а на узкоспециальную вообще нечего тратить время. Я имею в виду, главным образом, последний период, когда понимание мира и знание жизни достигли у него уровня неопровергаемости, присущее же ему с юности качество с о о б щ а т ь, а не общаться – завершенности.
последний период, когда понимание мира и знание жизни достигли у него уровня неопровергаемости, присущее же ему с юности качество с о о б щ а т ь, а не общаться – завершенности.
Если предложить угадать, о ком из знаменитых эмигрантах речь, то на ум приходит прежде всего Александр Исаич. С той только разницей, что тот в послелагерное время много говорить не любил, а действовал письменно.
Сто двадцать лет со дня рождения Шостаковича. Я как-то писал, что на необитаемый остров взял бы с собой музыку Баха, Моцарта и Д.Д.Ш. Разница между ними в том, что Бах и Моцарт жили давно, и их музыка воспринимается отвлечённо, без связи с событиями, которые уже можно назвать историческими. Музыка же Шостаковича дополняется довольно детальными подробностями его жизни в контексте страшного двадцатого века. И не так уж давно это было, моя мама ещё ходила на премьеру его 15й симфонии. Поэтому (и поэтому тоже) его музыка вызывает сильные эмоции и бьёт наотмашь.
Надо сказать, что в свободные годы возникло довольно критическое к нему отношение. Возможно я уже показывал цитату из Романа Минца, скрипача и организатора крупного (проходившего в РФ) музыкального фестиваля "Возвращение".
Я все время, когда ее делал, думал: почему у нас Шостакович практически канонизирован? Почему он стал нашим главным композитором? И почему он так близок нашей интеллигенции? И вот почему, мне кажется. Потому что он собой оправдывал каждого, кто на кухне был одним, а в жизни другим. Грубо говоря, одной рукой он вписывал «Сулико» в Виолончельный концерт, другой — подписывал письмо против Сахарова. Он оправдывает эту идею — «подумаешь, да ладно, зато он музыкой все сказал, зато у него есть фига в кармане». Я никак не отрицаю гениальность его музыки, как отрицает, скажем, Уствольская, но это вот такая неоднозначная фигура. Его статус — на уровне какого-то невероятного мученика. Но ведь все его мучения были только внутри себя, от собственного страха. Потому что, когда он подписывал письмо против Сахарова, никто ему уже ничего сделать не мог. И вот эта сдача себя этому страху — она невероятно близка нам всем до сих пор.
На это можно много сказать, но ограничусь тем, что Шостакович не подписывал письмо против Сахарова. Из воспоминаний жены (рекомендую замечательный фильм Якович):
Сам Дмитрий Дмитриевич этого письма не подписывал. Накануне из газеты звонили непрерывно. Шостакович, может быть, и не был могучим борцом с властями, но подписывать это письмо не хотел. Сначала я просто отвечала, что его нет дома. А когда принялись его искать, мы ушли из квартиры до самого вечера. Но, к сожалению, подпись всё равно появилась.
В 88-м, когда мы встретились в Нью-Йорке после шестнадцатилетнего перерыва, я увидел его полутора-котовость в расцвете, в полноте, в зените. Он откликался на всякий предмет, иногда такой, который до той минуты не мог быть ему известен, стартовал сразу энергично, случалось, и невпопад, и вокруг да около, но даже и в этом рысканье, подыскивании нужного слова и нужного решения не давал тебе роздыху и спуску и в конце концов выговаривал что-то существенное, неожиданное. О вещах же прежде обдуманных начинал говорить, как будто объясняя тебе еще не, а другим уже известное, как будто повторяя однажды прочитанную лекцию, цитируя из когда-то написанной книги, но и тут после первых фраз зажигался, увлекался поворотами мысли, которые выражались у него в поворотах речи, опять-таки превосходивших обыкновенные степенью точности и концентрированности.
У Ахматовой и еще двух (может быть, трех) крупного ранга людей, с которыми я за жизнь был близок, это проявлялось иначе, но во всех случаях как нежданный плюс к тому, чего от них ждал. То есть и плюса этого тоже ждал, но никогда не знал, какого именно. Определяющая разница между ними и Бродским заключалась в том, что они видели и слышали собеседника и в большей или меньшей мере взаимодействовали с ним, тогда как для Бродского он был повод для еще одного доказательства, но, прежде всего, раструб громкоговорителя, поглощавший произносимые Бродским слова. Не то чтобы он не прислушивался, но, и слыша, исходил из того, что знает и может сказать на всплывшую тему больше и лучше собеседника, если только тема не узкоспециальная, а на узкоспециальную вообще нечего тратить время. Я имею в виду, главным образом, последний период, когда понимание мира и знание жизни достигли у него уровня неопровергаемости, присущее же ему с юности качество с о о б щ а т ь, а не общаться – завершенности.
Врёт как дышит камрад Найман. Бродский выдающий что-то существенное ... Ага. Толстой как причина победы большевизма. Неправильное понимание Ганди изречения Евангелия - причина неудач Индии. Популярность Высоцкого - следствие его мастерства в использовании внутренних рифм ... И т д и т д ит д - бесконечный поток вонючего дерьма - практически всё публично говоримое камрадом Бродским.
